6 декабря 2016 6.12.16 4 1518

День, когда я умру. Глава 2. Синее солнце.

Всем доброго времени суток! Прошел месяц с последней публикации начатого мною рассказа.
Выкладываю продолжение.

Данное художественное произведение распространяется в электронной форме с ведома и согласия писателя на некоммерческой основе при условии сохранения целостности и неизменности текста, включая сохранение настоящего уведомления. Любое коммерческое использование настоящего текста без ведома и прямого согласия владельца авторских прав НЕ ДОПУСКАЕТСЯ.

Ссылка на первую главу.

Космическая станция «Розали».
Орбита планеты RG 286-b.

— Стоять!
Поворот сменяется поворотом, мимо проносятся фонари, висящие на стенах.
Топот ног трех несущихся вперед фигур эхом разносится в тусклом свете. Среди них был я. Внезапно последний человек останавливается, опирается на свои колени, тяжело дыша, еле выдавливает из себя:
-Ты давай… я потом… — и, вытирая пот со лба, падает на спину.
Я и тот, за кем я охотился около пяти лет, даже и не думали останавливаться. Влево. Вправо. На одном из поворотов оба человека врезаются в стену, но это не замедляет их. Бегущий впереди очень хочет оторваться. За час он даже не снизил своего темпа и словно не обращал на тяжесть своего боевого скафандра темно-желтого цвета. Я же, в легкой и свободной одежде, начинал задыхаться.
Мимо уже проносятся окна. Этаж второй, может даже третий. Снизу почти никого, только проезжают редкие машины.
Я собираюсь с силами, делаю рывок и почти догоняю свою цель. Прыжок! И вот мы оба вылетаем из разбитого нашими телами окна. Полет занимает считанные секунды, времени не хватит даже для одного удара. Нам остается только вцепиться друг в друга и скалиться.
Приземляемся мы на неудачно припаркованный аэрокар внизу. Грохот и треск, сигнализация начинает кричать на всю улицу. Стекло на крыше машины лопается от нашего падения, а стойки крыши прогнулись, не выдержав вес.
Сознание на секунду помутнело, но не успел я прийти в себя, как человек в темно-желтом схватив меня за куртку, рывком сбросил меня на землю. От удара головой о пол станции, я окончательно потерялся в пространстве. Голова сильно гудела, тяжело дышать. Сил не оставалось даже на то, чтобы хоть как-то попытаться его остановить.
Человек в темно-желтом скафандре, спокойно встает, отряхивается; на землю сыпятся осколки стекла. Возвышаясь на помятой крыше аэрокара, он уставился на меня через погасшие визоры шлема. Некоторое время, мы смотрели друг на друга. Я же, тяжело дыша, кивком головы признаю свое поражение и окончательно падаю в беспамятство…
Снег. Метель. День. Ничего не видно дальше вытянутой руки. Я с трудом иду вперед. Ноги проваливаются в рыхлый снег по колени. Куда я иду? Зачем? Почему я здесь? Нет ответов. Есть только путь. Путь вперед. Идти тяжело, мне ужасно холодно. Суставы почти не гнутся, я не чувствую рук. В голове, где-то на задворках сознания, я услышал свое имя. “Айзек!”, зазвучало мягким шепотом у меня в голов. Метель быстро кончается, идти становится легче. Передо мной предстает бескрайняя снежная пустошь, яркое синее солнце светит над горизонтом. Оно гордо поднимается над землей, словно огибая серые облака, стремится ввысь…
— Айзек!
Неожиданно меня встряхнули; яркий свет ударил в глаза, я поспешил закрыться рукой от него.
— Айзек, вставай! Нет времени лежать! – сказали резким сухим голосом.
Я попытался собрать мысли в кучу, но получалось худо. Голова ужасно болела. Этот же голос повторил.
— Вколю тебе это. Придешь в себя.
Он взял мою руку, поднял рукав куртки и вколол в меня стабилизатор. Внезапно, сознание прояснилось, мысли стали течь в одно русло, а я, наконец, увидел своего спасителя.
— Алек? — спросил я, глядя на бородатое лицо своего спасителя.
— А кого ты ожидал увидеть? Деву Марию? – усмехнулся Алек.
Я попытался было посмеяться, но ушибленная грудь сразу дала о себе знать. Вместо смеха получилось неявное кряхтение.
— Поднимайся, — сказал Алек. — я помогу.
Он мощным движением руки схватил меня за плечо и, словно перышко, поднял меня. Голова немного закружилась.
Я огляделся, погоня загнала нас на небольшую площадку в жилом комплексе с прекрасным видом на небоскребы вдали.
— Снова упустили! – я был ужасно зол на себя. – И так каждый раз! Казалось бы, вот-вот и он в моих руках.
— В этот раз мы его поймаем, – улыбнулся Алек, – будь уверен.
Я удивился.
— Что ты имеешь ввиду?
— Перед тем, как упасть отдохнуть, я выстрелом закрепил на нем жучок. Он вроде не заметил. У нас будет время его отследить. Бежим, пока не пригнали копы, я уже слышу сирены! И мы побежали в сторону его аэрокара.
Некоторое время мы летели в каре как можно дальше от той площадки. Копы прибыли туда, едва мы успели унести ноги, будто по сигналу. Такое ощущение, им кто-то заранее сообщил о нас, и они следили за нами. Может это просто паранойя? Не знаю. Пока Алек пытался отследить через бортовой компьютер аэрокара Ролланда Рэя – человека в темно-желтом скафандре – у меня было немного времени для отдыха. Я не заметил, как задремал.

Проснулся я от того, что кто-то тормошил меня за плечо.
— Эй, проснись! –голос Алека басил сильнее обычного в маленьком аэрокаре.
— Да, в чем дело? — сказал я сонным голосом, а потом громко зевнул.
Стоун указал на экран с картой на центральной панели аэрокара. Желтой точкой обозначался Рэй. Мы отставали от него буквально на пару кварталов.
Алек выругался.
— Он направляется точно в сторону космопорта к ангарам! Если мы не успеем…
— Так успей!
Мы оба были в нетерпении от происходящего. Буквально впервые мы были так близки к нему.
Позади нас раздались приглушенные вои сирен, характерные для полицейских машин. Я оглянулся и, как ни странно, это были они.
— Копы!
— Твою мать! Наверное, кто-то нас им сдал, — Алек прибавил скорость.
Желтая точка на экране стремительно приближалась к центру.
Я увидел Рэя через окно аэрокара. Он бежал по узкой улочке торгового квартала среди ярких неоновых вывесок. Бежал так, будто в последний раз. Среди плотного потока людей в разноцветной и слегка аляповатой одежде он, в своем однотонном скафандре, резко выделялся на их фоне.
Времени на то, чтобы обдумать план не было, и я, повернувшись к Алеку, сказал:
— Дай мне антигравитационную гранату и спланируй ниже метров на семьдесят!
Алек вытащил из кармана пару этих самых антигравитационных гранат и, всучив их мне, резко начал снижаться. Копы не отставали и стремительно приближались.
— Мне придется замедлиться всего лишь на несколько секунд, потом я тут же сваливаю отсюда!
Я кивнул. Алек остановил аэрокар практически до нуля.
Началось.
Я открыл дверь и посмотрел вниз. Примерно сто метров. Одна из антигравитационных гранат в моем плотно сомкнутом кулаке.
— Как только оторвусь, прилечу к тебе!
Я прыгнул. Земля стремительно приближалась. В полете я заметил небольшую крышу одноэтажного ресторанчика. В полете я сманеврировал прямо туда. За секунду до падения антигравитационная граната, брошенная прямо передо мной на крышу, взорвалась, выпустив большое количество прозрачного синеватого геля. Это гель обладал довольно интересными свойствами – менял направление гравитации на прямопротивоположную, что и помогло мне замедлить скорость и не разбиться.
Но этого было недостаточно для полной остановки, и я с грохотом пробил крышу ресторана, состоящую преимущественно из пластика и каких-то пород гипса. Посадка была жесткой и меня засыпало кусками тяжелого пластика; я с трудом выбрался из под него. Немного отдышавшись, я вышел на улицу под удивленные взгляды прохожих, которые немного отошли от выхода из здания.
Буквально на мгновение вдалеке, в поле моего зрения попал Рэй, смотрящий в мою сторону. Заметив меня, он тут же развернулся и побежал, буквально сметая людей на своем пути. Я метнулся вслед за ним, но мой пыл быстро поубавился, так как пробираться сквозь такое плотное количество людей на высокой скорости не представлялось возможным. Но я продолжал пробираться и, когда до Рэя оставалось буквально несколько метров, он, не выдержав, достал осколочную и кинул ее в мою сторону. Буквально в последний момент, кто-то задел его за руку, сместив траекторию куда-то в сторону в толпу. Тут же прогремел взрыв. Началась паника, которая вскоре переросла в настоящую давку. О преследовании даже думать не получалось – все мысли были о том, как не упасть и не превратиться в лепешку.
Рэй в это время достал пистолет и начал просто расстреливать людей, которые преграждали ему путь. Вскоре путь позади него был усеян трупами.
Меня же отнесло к краю улочки. Я прижался к перилам и пытался не упасть. Люди превратились просто в один большой неконтролируемый потоп. Одни кричали, другие, молча со страхом на глазах, проносились мимо меня.
Вскоре толпа рассеялась, оставив пустую улицу. На полу везде лежали тела мертвых людей, которые больше напоминали вымощенную кровавую дорогу. Я с трудом подавил в себе рвотные позывы и старался не смотреть на кровь и на останки.
Рэя нигде не было, а Алек не выходил на связь, и мне ничего не оставалось, как идти по кровавому следу, в надежде найти убийцу. Благо след от рельефных подошв его тяжелых ботинок сильно выделялся в сравнении с мягкой обувью жителей станции. Казалось, сама судьба велит мне его найти.
Примерно минут пять я шел в надежде найти Рэя прежде, чем пропадет след. Слышались звуки сирен: полицейские вот-вот нагрянут. Но я не торопился. Я должен найти Рэя. Он единственная ниточка, ведущая в мой мир.
Когда я отошел от того места, где была давка, метров на пятьдесят, след, по которому я следовал, начинал терять свою четкость. Неожиданно, следы резко сменили свое направление в сторону стены улицы с неприметной дверью с табличкой. Я немного удивился, прочитав табличку на двери, что он ведет не в космопорт, а на нижние уровни. Я открыл дверь, но увидел лишь тьму внутри. Свет вдоль небольших ступеней не работал. Я достал из кармана куртки фонарик и быстро начал спускаться во мрак.

Казалось, лестница ведет в бесконечность. Я бежал со всех ног, каждая секунда была на счету. Неизвестно, что затевает Рэй, но я должен его остановить. Вот луч фонарика осветил слегка приоткрытую заветную дверь выхода. Надеюсь, он прошел здесь.
Сломя голову я на бегу открыл дверь выхода, но не успел сделать и пары шагов в такое же темное помещение, как на лестничном пролете, как тут же был встречен ударом противопожарного баллона в лицо. От удара я упал на спину, мне перехватило дыхание, фонарик выпал из руки и укатился в сторону. Инстинктивно я откатился вправо от удара тяжелого ботинка, нацеленного мне в грудь.
Я быстро поднялся на ноги. Адреналин давно уже был в крови, так что боли я практически не чувствовал. Кровь застилала мне глаза, тканью куртки я вытер ее с лица. Закашлялся и встал в боевую стойку. Быстро оценив обстановку, я понял, что нахожусь в каком-то магазине одежды. Из-за полутьмы я не мог разглядеть размер помещения.
Недолго мешкая, он тут же нанес удар кулаком мне в лицо. Я уклонился от удара и попытался ухватиться за его пояс, чтобы перебросить его через себя. Он, словно предвидев это, схватил рукой меня за шиворот, другой — взял меня за ремень и швырнул в ближайший стенд с одеждой. Когда я в него врезался, стенд развалился от удара, и я упал в кучу одежды, запутался в ней. Когда я выбрался из-под завалов, он уже надвигался на меня. Краем глаза я заметил закрепленный у него на поясе пистолет. Это был мой единственный шанс одержать победу в этом поединке.
Как только Рэй занес руку для удара, я тут же сделал ему подсечку. Он свалился и я, не теряя времени, бросился на него, в надежде ухватиться за его пистолет. Мы начали бороться, Рэй не упускал возможности наносить мощные удары руками мне по спине; с каждым таким ударом он буквально сбивал мне дыхание.
Из последних сил я расстегнул его кобуру и достал тяжелый крупнокалиберный пистолет, вырвался из его медвежьего хвата, откатился в сторону, встал и направил пистолет на него. Он медленно поднялся и стал смотреть на меня.
— Сними шлем! – приказал я.
Он неторопливо поднял руки, взялся за шлем и также неторопливо начал снимать его. Хоть глаза и привыкли немного к темноте, все же трудно было разглядеть черты лица. Хотя я знал, как он выглядит. Короткие темно-рыжие волосы, небольшие заостренные уши, узкие брови, зеленые глаза, длинный широкий нос и ухмылка. Этот ублюдок всегда ухмылялся. Даже сейчас.
— Вот мы и увиделись, Айзек.
— Заткнись! – зло прорычал я. – Я достаточно набегался с тобой. Пришло время ответить на мои вопросы!
— Почему ты не умер? Как попасть в твой мир обратно?
— Д-да, — признаться, я слегка опешил. – Отвечай!
— А точно ли ты хочешь узнать ответы на свои вопросы? В тот раз они тебя не сильно радовали.
— Не пудри мне мозги, мы с тобой никогда до этого не встречались!
— Тогда слушай…
Тут же дверь, из которой я попал в этот магазин выбежал человек, в одной руке он держал фонарь, в другой пистолет. По очень неудачному стечению обстоятельств это дверь находилась прямо за спиной Рэя.
— Ни с места! – крикнул до боли знакомый голос.
Луч света попал мне в глаза. Свободной рукой я прикрыл их от яркого света. Рэй воспользовался моим замешательством, пнул меня ногой в грудь, от чего я чуть не потерял равновесие, и быстро побежал к выходу из магазина.
Человек с фонарем в руке сделал пару выстрелов в него, но пули не пробили его тяжелый боевой скафандр. Оставив эту затею, он направил ствол на меня.
— Положи пистолет на место, Айзек! Не вынуждай меня стрелять в тебя!
— Джон? Что ты здесь делаешь? – боевой настрой спал, и я начал чувствовать дикую боль по всему телу. Этот ублюдок отделал меня так, что болело абсолютно все.
— Департамент послал, – голос Сандерса был слегка сонным. Наверное, его вызвали в выходной. — Сказали, что ты замешан в теракте на жилых уровнях.
— Какой еще к черту теракт?! – и тут до меня дошло. – Нет, это был не я! Этот вот тот ублюдок был! Твою мать, Джон. Из-за тебя я его упустил! Снова!
— В участке разберемся, — он подошел поближе. – А теперь сделай милость, надень на себя наручники.
Он подбросил мне тяжелые слегка ржавые наручники старого образца.
— Ну уж нет, в этот раз я его не упущу!
Я положил пистолет за пояс, показывая мирные намерения по отношению к Джону, развернулся и побежал вслед за Рэем.
Выстрел. Дикая боль пронзила мою ногу выше колена. Я закричал, потерял равновесие, рухнул, словно мешок с дерьмом, и схватился за кровоточащую рану, в попытке остановить кровь.
— Расслабься, пуля прошла насквозь. Не помрешь, – голос Сандерса звучал так, словно я был маленьким провинившимся ребенком, а он меня отчитывал за плохой проступок. — А теперь, не двигайся.
Он взял меня за руки, отвел их за спину и сцепил наручниками.
— Говорит Сандерс, есть кто рядом? – он приложил руку ко встроенной рации в ухе. – Мы на нижних уровнях, в каком-то магазине одежды. Да. Хорошо, жду.
— Джон, отпусти меня. Ты не понимаешь…
Он не дал мне договорить.
— Айзек, ответь мне. Думаешь, я искал тебя пять лет, чтобы просто вот так сейчас отпустить? – Джон скрестил руки на груди и пристально посмотрел на меня. – Думаешь, я отпущу одного из самых разыскиваемых преступников в галактике, вора, пирата и убийцу? А ты очень забавный, Айзек.
— Да какого черта! Мы шли по следу за этим ублюдком! Это он оставлял после себя такие зверства!
— Но свидетели видели только вас двоих, Айзек.
— Как же твоя наивность достала! – я выругался.
— Но…
— Заткнись. Твоя вера в систему тебя и погубит…
— Все сказал?
Я промолчал.
— А теперь послушай. – Он сел на корточки напротив меня. — Двадцать лет назад откуда ни возьмись появляется какой-то мужик и утверждает, что он из другого мира. Почти сразу же после его появления, в галактике резко увеличивается рост сект оккультного характера. Какие-то чертовы фанатики считают, что смерть есть спасение и прочая хрень. А этот мужик вдруг никуда не пропадает, а становится одним из самых опасных наемников в галактике!
По истечении четырнадцати лет безуспешных способов его поймать, он пропадает. И тут, буквально через несколько месяцев, появляешься ты! Как какой-то бомж валяешься у мусорных баков во время моего патруля у дома, где происходили массовые ритуальные убийства. Ох, сколько же мы там нашли, если бы не ты, Айзек.
Он показал пальцем на меня.
— А потом вдруг ты, когда мы привезли тебя в участок, говоришь точно такую же хрень, как и Стоун двадцать лет назад. И, разумеется, когда он узнал о тебе – помог сбежать тебе с одной из самых охраняемых тюрем на Дальних Рубежах. А теперь вот вы уже пять лет разъезжаете по гражданским секторам, попутно грабите и занимаетесь пиратством ради одного человека? Не верю я в это, Айзек. А ведь я даже дал тебе жилье и работу, когда тебя еще не отправили в психушку из-за твоих рассказов.
Мне оставалось лишь молчать.
Дверь в магазин открылась, и вовнутрь помещения вошли несколько человек, среди которых был врач. Он обработал мои ссадины и наложил швы на пулевое ранение на левой ноге. Стало намного лучше. После этого меня отвели на верхние уровни к фургону, который стоял у того ресторана, в который я свалился.
Задние двери открылись, и я увидел внутри Алека. Он сидел, прикованный к одной из двух скамеек, расположенных вдоль кузова фургона, угрюмо уставившись в противоположную стену.
Меня усадили прямо напротив него и прицепили к скамейке. Ни шевельнуться.
— Как они тебя поймали? – спросил я у Алека.
— Не хочу говорить об этом, – проворчал он.

Тихое жужжание от гравитационных двигателей разносилось по корпусу фургона. Лампа, изредка мигая, тускло освещала тесный кузов. Я сидел и смотрел в пол, мерно покачиваясь в такт летящей машине в ожидании конца поездки. Алек продолжал угрюмо молчать изредка выругиваясь.
Все кончено? Я все еще не смог смириться с мыслью о том, что Рэй снова сбежал. Столько лет слежки впустую. Я еще сильнее понурил голову.
Короткий щелчок прозвучал со стороны кабины, словно камешек кинули в стальное тело фургона. Тут же раздался мощный взрыв; крышу буквально оторвало, и мне открылся вид станции. Машину почти сразу закружило да с такой силой, что нас просто вжало в стенки фургона. Вид из оторванной крыши превратился в мешанину красок и цветов, и понять что-либо было невозможно.
Как только мы ударились о землю, звенья наручников, скрепляющие меня и скамейку, лопнули. Меня отшвырнуло в противоположную стену кузова. Удар такой силы сбил мне дыхание и сознание на несколько мгновений помутнело. Обнаружил я себя уже лежащим на полу. Голова безумно болела, спину ломило. Я почувствовал, как что-то мокрое струится по моей ноге. Я посмотрел на нее: пулевое ранение, подаренное Сандерсом, начало кровоточить. Швы разошлись. Чудесно!
Я снял куртку, оторвал от нее рукав и туго затянул вокруг раны. Это остановило кровотечение, но нужно было зашить рану снова.
Покончив с перевязкой, я попытался встать и направился к сидящему на скамье Алеку и заметил, что дверь выхода вырвало с петлями и отбросило куда-то в сторону. Я подошел к Стоуну и начал тормошить его за плечо. Сзади него, на стенке, были пятна от крови. Я аккуратно повернул его затылок на себя и ужаснулся. Он был весь в крови.
— Алек, очнись!
Он не реагировал.
-Эй! – гаркнул я из-за начавшейся паники и ударил его что есть мочи по щеке. Он очнулся. У меня вырвался вздох облегчения.
— Мое плечо! – застонал он.
Я быстро осмотрел его и заметил на его левом плече, что оно несколько ниже, правого. Скорее всего, выбил сустав. Я растерялся. Я же инженер, а не медик!
— Что мне делать? – быстро спросил я.
— Расстегни наручники.
— Чем?
— Думаю, у водителя должны быть ключи или пистолет, — простонал он.
— Д-да, точно. Я мигом!
Я, хромая из-за ноги, вышел из развалившегося фургона и направился в сторону кабины. Ее смяло едва ли не сильнее, чем кузов. Тело на месте водителя было буквально вмято в заднюю стенку, а его рука под неестественным углом вываливалась через разбитое стекло двери. Водительскую дверь заклинило, поэтому я, недолго мешкая, обошел машину и попытался открыть пассажирскую дверь и, слава богу, она с трудом, но открылась. Я забрался вовнутрь, стараясь не смотреть на тело, начал искать ключи от наручников. Наверное, они у водителя в кармане. Времени было в обрез, поэтому, забыв про ключи, я вытащил из его кобуры табельный пистолет, вылез из кузова и направился к Алеку.
Он по-прежнему сидел ссутулившись и иногда постанывал от боли. Стоун услышал мои шаги и посмотрел на меня в немом ожидании. Я ответил:
— Ключей не нашел, только пистолет.
— И этого хватит, — мрачно сказал он. – А теперь, прострели цепи.
— Ты рехнулся!? А если пуля срикошетит?
— Не срикошетит. Просто делай, что я прошу.
Спорить с ним было бесполезно.
Стоун натянул цепи здоровой рукой, оставив немного пространства для выстрела, и повернул голову.
— Готов? – одной рукой я нацелился на цепь, другой прикрывал лицо.
— Давай.
Выстрел.
Цепь разорвалась с характерным звоном, звенья разлетелись вокруг. К счастью, пуля, пробив скамейку, на которой сидел Алек, застряла в корпусе фургона.
Я облегченно вздохнул, но еще предстояло выправить ему руку.
— Что мне делать, Алек?
— Возьми меня за локоть.
Я быстро потянулся к выбитому суставу, но Стоун тут же меня остановил здоровой рукой.
— Аккуратно.
Я судорожно кивнул и нежно взял его за локоть, боясь сделать ему больно.
— А теперь заведи свое колено мне в подмышку. Ага. Терпимо, не бойся. Молодец. Теперь возьмись обеими руками за запястье, – он тяжело выдохнул. – Слушай меня.
Я кивнул и продолжал смотреть на плечо. Стоун сказал:
— Сделаешь это по команде. Сильно потяни вниз за запястье, а коленом, наоборот, упрись мне в плечо и им тяни вверх. Понял?
— Да.
— Давай!
Я сделал все, как он попросил. Алек лишь застонал, хотя по лицу было видно, как ему было больно. Сустав через несколько секунд с глухим хрустом занял положенное ему место.
После этого и со вторым рукавом моей куртки пришлось расстаться. Я обвязал голову сидящему Алеку, пока тот приходил в себя. После того, как небольшое оказание первой помощи было закончено, я предложил Алеку подняться, но он лишь оттолкнул меня и сказал, что сделает это сам. Я отошел. Старый наемник встал, размял недавно вышедшую из строя руку и, с привычным ему оптимизмом, сказал:
— Дай-ка пушку, парень. А то поранишь кого-нибудь.
— Держи, старичок.
Оба улыбнулись.
Я осмотрел фургон, а именно место, куда попал тот самый «камешек», разнесший корабль на куски и спросил друга.
— Как думаешь, кто нам помог?
— Этого я тебе не скажу, — Алек провел по оплавленным стенкам фургона. — Но замечу, что такие снаряды стоят на очень мощных снайперских винтовках. В этих снарядах находиться специальный химический состав, который взрывается при контакте с воздухом. Мало у кого есть такое дорогостоящее оборудование.
— Снайперы Карреры?
— Нет, они мне больше не должны. Им нет смысла нам помогать.
— Ладно, уточним это позже. А сейчас нужно добраться до твоего корабля.
— Есть идеи, где мы?
— Дай-ка подумать.
Мы оказались на небольшой площадке. Напротив от кабины фургона, в нескольких метрах от него, находился железный фасад двухэтажного здания. Судя по вывеске, это была какая-то клиника. Справа от клиники нам открылся прекрасный вид на другой конец станции. Это была самая настоящая громадина. Где-то вдалеке пролетали аэрокары, а внизу расположился небольшой городок со своими такими же небольшими небоскребами.
Алек указал рукой куда-то в центр этого городка.
— Вон там. Видишь?
— Что именно?
— Небольшая высотка. Серая такая.
Я кивнул.
— Это диспетчерская, через нее мы сможем спуститься к ангарам и добраться до моего корабля.
— Если его не изъяли копы.
Он ухмыльнулся.
— Уверен, что нет. Документы оформлены на другого человека. Эти идиоты почти никогда не сопоставляют мою рожу с фотографией в правах.
Его улыбка быстро сошла на нет, когда он посмотрел на мою ногу.
— Идти сможешь, Айз?
— Да, как видишь. Но бежать, увы, не смогу.
— Понял тебя.
Алек проверил магазин пистолета. Сухо сказал.
— Выдвигаемся.
И мы направились в сторону лестниц, уходящих куда-то вверх в надежде найти добраться до корабля Алека.

Мы так долго пробирались меж узких безлюдных улочек на нижних уровнях станции, что я потерял счет времени. Атмосфера верхних уровней разительно отличалась от нижних. В последних царил хаос и беспорядок, всюду была грязь, слякоть и сырость. Нам пока везло. Те прохожие, что встречались нам в полумраке улочек, увидев нас в крови, быстро ретировались и не задавали лишних вопросов. Мы оба были на взводе из-за того, что снова упустили Рэя, хотя он был у нас почти в руках.
Нога ужасно болела и кровоточила, а голова разваливалась на части, с каждым шагом становилось все труднее идти. Алек хоть и пострадал меньше, но сам еле ноги передвигал. На ходу я предложил ему найти какой-нибудь аптеку или что-то вроде того. Алек поддержал мою идею.
В скором времени мы нашли маленькое неприметное здание, похожее на магазин. Алек дернул дверь. Закрыто. Я посмотрел на вывеску на двери. Магазин работал только в дневное время.
— Погоди, уже ночь? – удивился Алек.
— Это сколько мы уже тут бродим?
На станции всегда было светло, не смотря на двадцатичетырехчасовое время подобное Земле.
— Да часа четыре выходит. Когда меня поймали, часы в аэрокаре показывали восемь вечера.
— Что предложишь? – спросил я, подразумевая магазин. Хотя ответ был более чем очевиден.
— Выломать дверь или погоди, — Алек посмотрел куда-то в сторону на стену магазина. – Видишь?
— Окно? Да они тут все прочные, не разбить. Мы же в космосе!
Он лишь улыбнулся в ответ, достал пистолет и выстрелил в окно.
— Что ты делаешь!? – вспылил я. – Ты совсем рехнулся? Сигнализация же оповестит о нас! Сейчас сюда вся армия нагрянет!
— Успокойся, парень! Мы быстро возьмем вещи и свалим. Ты еле на ногах держишься! Это настолько отсталые и грязные кварталы, что копам просто плевать на это. Я до сих пор удивляюсь тому, что нас никто не ограбил.
— Сколько у нас времени есть?
— Поверь мне, нам хватит. Залезай. Только не порежься.
Мы с трудом пролезли в узкий оконный проем. Оказавшись внутри, мы разглядели в полумраке помещение средних размеров. Алек с трудом нащупал кнопку включения света и нажал на нее. Свет ламп накаливания тускло осветил помещение. Теперь перед нами предстала полная картина помещения. Магазин был среднего достатка, что редко бывает в таких местах. Следовательно, здесь был весь необходимый минимум, начиная с лекарств и наборов первой медицинской помощи, что расположились непосредственно за кассой у входа, заканчивая отделом с одеждой в конце помещения.
Первым делом я обработал себе пулевое ранение на ноге. Заклеил рану специальным гелеобразным медицинским материалом. Гель сам обнаружил повреждения, обработал их и затвердел тонкой прочной корочкой на них. Будет держаться так до полного восстановления конечности. Так как пуля прошла навылет, то пришлось проделать то же самое и сзади. После мы обработали ушибы Алека, его плечо и затылок. К счастью все обошлось, и он не пробил череп, а всего лишь немного порвал кожу. От крови отмылись в туалете у раковины.
После этого решили приодеться. Свою куртку, а теперь безрукавку, пришлось выбросить взамен серому пальто, которое воротником закрывало мне половину лица. Сгодится. Изодранную и пыльную футболку заменил на сине-зеленую рубашку с длинными рукавами. Свои штаны я сменил на синие джинсы, а обувь решил не менять. Алек оделся проще: сменил свой плащ на темно-красную куртку и закончил.
Как только мы завершили наши небольшие переодевания, то покинули магазин. Через полчаса блужданий, мы вышли в более людные места. Прошли без особых проблем, дошли до диспетчерской – то большое здание – и спустились по лифту.
Двери лифта открылись, и в ноздри ударил такой знакомый запах корабельного топлива. Ангар был похож на огромную пещеру. Вокруг нас не было ничего, кроме многометровых стен из пластика и металла. Даже свет здесь включали из необходимости. Было очень темно, глаза не сразу привыкли к этому. Так как мы спустились по черному входу, то до кораблей идти было долго. Я увидел космопорт вдалеке. Километр, а может и два. Он был ярко освещен, словно город в ночи. Алек был в приподнятом настроении. Остался последний рывок и мы покинем «Розали».
— Ну что, готов? – спросил я у него.
— Да, пошли.
Минут через десять мы дошли до небольших рабочих помещений. Они представляли собой домики из гипсокартона, в которых было лишь рабочее оборудование, не больше. Сейчас здесь никого не было, так как в такое время суток люди чаще всего прилетают и покидают станцию. Обслуживание же происходило позже. Мы услышали какое-то жужжание вдалеке над собой.
— Прячься! – крикнул Алек и скрылся за зданием в нескольких метров.
Свет фар от аэрокара вдали заставил меня быстро пригнуться у стены одного из домиков. Как только аэрокар подлетел немного поближе, я разглядел опознавательные знаки на нем. Копы. Патруль искал нас. Но почему всего одна машина? Может они думали, что мы не будем идти этой дорогой?
— Черт возьми, он приближается к этим домам, Айзек! – от внезапного шепота Алека перед ухом я вздрогнул.
— Ты как так быстро добрался до меня?
— Не суть, нужно что-то придумать, — прошептал Стоун и быстро двинулся вперед к летящему аэрокару и пальнул по нему из пистолета.
— Ты что, идиот?
— Заткнись и прячься!
— Да куда тут спрячешься?! Мы тут словно на ладони, дебил!
Алек, не особо церемонясь, грубо взял меня за ворот пальто и оттиснул за небольшой двухэтажный домик. Машина стремительно снижалась и через несколько мгновений совершит посадку.
— А теперь слушай, — он приблизился ко мне практически в упор. – Сейчас они приземлятся и будут искать источник выстрела. Поверь, так и будет. Отвлечешь их на себя.
— А ты?
— Увидишь, — и он словно растворился в темноте.
Я вздохнул.
— Вечно ты меня во что-то впутываешь, Стоун.
Раздался звук посадки аэрокара. Я аккуратно выглянул из-за угла. В машине сидели двое. Матовое стекло аэрокара не позволяло разглядеть больше. Они заглушили двигатели, открыли прочные двери машины и вышли на улицу. Оба были хорошо вооружены и в боевой униформе.
— Иди и проверь периметр, я включу биометрический радар. Так будет легче их искать, — сказал здоровый бугай в синем шлеме.
— Понял, — второй хотел было направиться выполнять приказ, но тут же послышался шум падающих тяжелых предметов невдалеке в одном из домиков.
— Иди проверь, — приказал здоровяк в синем шлеме.
— Твою мать, — выругался я и выглянул из-за угла. – Извините, вы не подскажете, как добраться до космопорта? А то я заблудился.
Второй вздрогнул и резко развернулся, нацелившись своим автоматом на меня. Он казался совсем малышом в сравнении со здоровяком. Я не особо разбираюсь в оружии, но по размерам понял, что если он шмальнет, то от меня мало что останется.
— Ни с места! – крикнул невысокий парень. Его голос дрожал. Думаю, это его первый серьезный патруль.
— Замолчать, рядовой! – рявкнул здоровяк и уже более спокойно спросил. – Кто ты такой? Назовись!
Я поднял руки, демонстрируя свои мирные намерения, и пугливо сказал.
— Всего лишь рабочий с верхних уровней. Я заблудился и ищу выход. Говорят, что наверх можно попасть через ангары.
— Не похож ты на рабочего, — голос здоровяка был мерзким и властным. – Но здесь только один вход.
Он указал рукой на шахту лифта вдалеке.
— Значит, ты мог попасть только оттуда.
Я закусил губу.
Он направил свою пушку на меня.
— Подойди сюда, живо.
Ну где же ты, Алек? Я начал медленно подходить. Напряжение росло с каждой секундой, а этот невысокий молокосос уже был готов расстрелять меня
— Почему ты хромаешь? — сказал человек в синем шлеме. От его голоса аж передергивало.
— Несчастный случай на работе.
Когда я подошел к ним на расстояние вытянутой руки, здоровяк дулом пистолета отвел ворот пальто, закрывающий мое лицо. Я посмотрел на него; он был на две головы выше меня. Я нервно сглотнул.
-Ты. — низко проговорил он. — Думал сбежать от нас? Да после того, что ты сделал, тебя лично четвертует Высший судия. За твою голову меня повысят до генерала!
Краем глаза я заметил движение позади молокососа, но старался не выдавать этого.
— Возьми наручники. Они лежат в бардачке, – сказал бугай.
Не успел молокосос развернуться, как Алек, стоявший позади него, что есть силы ударил парня рукояткой пистолета по виску.
Я услышал противный глухой хруст; пацан упал как подкошенный. Здоровяк вскинул пистолет в сторону Алека, но Стоун опередил его. Он свободной рукой взял бугая за кисть, в которой тот держал пистолет, рывком дернул ее на себя, а второй рукой выстрелил ему в плечо несколько раз. Здоровяк вскрикнул от боли и выронил пистолет. Но это будто придало ему сил. Он схватил Алека за плечо свободной рукой и швырнул того через бедро. Стоун, не ожидав такого, упал на спину и ему сбило дыхание. Пистолет тоже вылетел из его руки и отлетел в сторону.
Я ударил бугаю что есть сил по шлему; здоровяк отшатнулся, шлем слетел с него и я увидел будто бы насильно вытянутое лицо с очень острым носом и большой челюстью. Он был весь в шрамах. Подробностей не рассмотрел, так как он закрыл свое лицо рукой, рыча от злости и боли.
Алек кое-как пришел в себя, поднялся на ноги и, не теряя время попусту, подбежал к бугаю, пока тот был в замешательстве, взялся за его голову и ударил по нему коленом точно в лицо. Здоровяк распластался по полу. Алек разбил ему нос, да так, что из него так и хлестала кровь.
Стоун подобрал свой пистолет и подошел к здоровяку, сел напротив него, схватил того за волосы и спросил:
— Сколько людей вас в космопорте? Отвечай, живо!
Он лишь рассмеялся ему в лицо. Алека это вконец разозлило, и он ударил рукояткой пистолета по челюсти бугаю. Тот зашипел от боли.
— Я повторяю свой вопрос. Сколько вас?
Коп сплюнув кровь, ответил:
— Слишком много. Они оцепили все входы и выходы. У вас нету шансов.
Алек тяжело вздохнул, ударил рукояткой его по виску. Здоровяк вырубился. Стоун поднялся и посмотрел на меня.
— И что нам делать, Ал?
— Есть идея, но она тебе не понравится.

Мы летели в угнанном аэрокаре минут десять в сторону космопорта. С каждой секундой пейзаж, открывающийся перед нами, становился все более величественным. Яркие огни неоновых вывесок, огромные торговые суда, готовые вот-вот пуститься путешествовать в бездну космоса, высокие небоскребы, маячащие цветастые точки людей вдалеке и небольшие взлетные полосы для маленьких корабликов класса «Колибри», напоминающие больше самолеты, нежели космические корабли.
— Зачем ты убил его? – я решил первым нарушить затянувшуюся тишину.
— Кого?
— Пацана.
— Если бы я не убил его…
— Ты мог его просто оглушить! Ты разве не слышал и не видел его? Да ему лет 20, если не меньше.
— А если бы он пришел в себя и расстрелял нас от страха? Да как ты не поймешь, что это было вынуждено, не больше.
— Нет, Алек. Просто ты эгоистичная скотина. Не больше.
— Теперь ты будешь жалеть людей, которые хотели тебя пристрелить? — Алек отвлекся на меня.
— А как бы ты вел себя на первом патруле? Или тебе напомнить твою историю с Вьетнамом? — я посмотрел ему в глаза.
Стоун фыркнул и сосредоточился на езде.
— Готов? — спросил он, когда мы пролетали над небоскребами космопорта в огромном потоке автомобилей. Алек нажал какую-то кнопку на руле.
— Да, — последовал мрачный ответ. Разговаривать с ним, после его слов, совершенно не хотелось. — Пристегнись.
Я залез в карман пальто, нащупал пульт дистанционного управления взрывчаткой, которую мы нашли в багажнике аэрокара, и нажал кнопку на нем. Взрыв, прогремевший позади нас, у двигателей, полностью уничтожил их. Аэрокар объяло огнем.
— Держись! — Алек крепко сжал штурвал и направил горевшую машину на крышу одного из зданий. Пока мы стремительно снижались, чуть не врезались в пару машин из встречного потока. Аэрокар стремительно набирал скорость, двигатели полностью вышли из строя, следовательно, как-либо управлять этим куском горящей рухляди было невозможно. Нам оставалось лишь надеяться, что маневры, которые совершил Алек в попытке максимально мягко посадить нас, не прошли даром.
При посадке мы очень жестко ударились днищем о крышу небоскреба; от удара стекло треснуло и чуть не разбилось. Аэрокар по инерции понесло вперед на высокой скорости. И вот в ужасе я увидел обрыв. Длины крыши катастрофически не хватало.
— Алек! Прыгай! — крикнул я во всю глотку, сбрасывая с себя ремень.
Алек, не мешкая, снял с себя ремни и прыгнул в открытую им дверь. Оставались считанные секунды до того, как машина рухнет с обрыва. Как назло, мою дверь заклинило и пришлось изогнуться, чтобы пинком открыть ее. После пары ударов крепления наконец-то сорвались, и я смог выпрыгнуть из машины. Меня потащило по мелкому щебню. Я перекатился на живот и судорожно пытался зацепиться хоть за что-нибудь, но все мои попытки были тщетны.
Мое тело вылетело за пределы крыши и буквально в последний момент, я успел ухватиться за небольшой выступ на ней. Одна рука сорвалась, и меня немного развернуло вслед летящему аэрокару, который был уже больше на горящий шар, нежели на машину. Он влетел в соседнее здание, которое находилось в метрах пятидесяти от меня, пробил толстое стекло небоскреба и взорвался в нем. Ударная волна выбила все стекло на этаже. Буквально через несколько мгновений весь этаж уже был в огне.
Я развернулся и попытался подняться.
— Хватайся! — крикнул подбежавший Алек.
Он протянул свою руку, за которую я вцепился мертвой хваткой. Без особых усилий Алек помог мне взобраться на крышу здания.
— Умеешь ты эффектно заявить о себе, — запыхавшимся голосом сказал я.
Алек положил руки на колени, пытаясь отдышаться. Некоторое время мы смотрели на огонь, который распространялся по соседнему небоскребу.
— Надеюсь, никто не пострадал, — сказал я.
Вдали послышался вой сирен. Я оглянулся. Летели пожарные и целый патруль копов.
— Валим, — Алек развернулся и пошел к небольшому сооружению с белой дверью. Это был выход на крышу. Небольшая, но прочная дверь не поддавалась. Алек выбил ее мощным ударом ноги и начал спуск по небольшим ступеням лестницы. Я последовал за ним.

Спуск с крыши до самого низа занял не больше десяти минут. Спускались пешком по пожарной лестнице, чтобы не светиться своими лицами в поле зрения камер, установленных в лифте. Как только мы с Алеком вышли из здания, в мои уши тут же ударил вой сирен карет скорой помощи, а в глаза — яркий свет уличных фонарей. Люди сновали туда-сюда, словно не замечая огня наверху, занятые своими «важными» делами. Люди в полицейской униформе почти закончили оцеплять участок вокруг выхода из здания, в который врезался наш аэрокар.
Среди такой плотной толпы скрываться просто бессмысленно, поэтому мы не спеша направились к ангару с кораблем Алека.
— И все же. В чем заключается твой план? — спросил я, аккуратно протискиваясь между людьми.
— Так как аэрокар принадлежал копам, то на нем установлены сканеры на руле, определяющие ДНК владельца по кусочкам омертвевшей кожи. Перепутать не возможно, так как пальцы часто плотно прижаты к рулю, ну ты знаешь.
Я кивнул.
— Собственно, к делу. Когда я попросил тебя покопаться в электронике аэрокара, чтобы ненадолго отключить сканер ДНК, то я сам заминировал двигатели нашего транспорта. А теперь, самое интересное. Сейчас налево. Суть заключается в том, что если отпечатки ДНК не совпадут, то электроника блокирует управление полетом, включаются встроенные камеры, снимающие наши лица, и бортовой компьютер аэрокара сообщает о нарушении, подавая сигнал помощи. Перед тем как попросить тебя взорвать двигатель, я отключил обход опознания ДНК. Сканер включился и, не узнав сотрудника полиции, тут же подал сигнал о помощи. Следовательно, камеры аэрокара тут же опознали нас. А такое эффектное приземление даст нам фору. Потому что они подумают, что мы банально не справились с управлением из-за блокировки и врезались в здание. Пока они будут искать тела, мы уже доберемся до ангара и улетим восвояси.
— Задумка хороша. Но знаешь, где ты прокололся? — критично заметил я.
— Ну и где?
— Даже если не брать в учет то, что здесь всего лишь патрульные и нет действительно более-менее умных людей, кое-кто действительно может понять, что это всего лишь уловка, чтобы сбить их со следа. Тот, кто выслеживал тебя семь лет, Алек. И ты знаешь, кто это.
— Сандерс, — угрюмо заметил мой друг.
— Нам остается лишь молиться, чтобы все прошло гладко. Сколько у тебя патронов?
— Для небольшой перестрелки хватит.
— Идем, нужно успеть да ангара прежде, чем это сделает Джон.
Путь до корабля не доставил особых трудностей, если снова не учитывать запутанные обходные улочки; рисковать и светиться по главным улицам совершенно не хотелось.
И вот, мы наконец-то спустились на одном из лифтов в помещение гигантских размеров. Напротив лифта, в примерно двухстах метрах возвышалась стена на многие сотни метров, в которой, в отдельном отсеке, находилось множество кораблей. Чтобы добраться до верхних отсеков, люди использовали специальные подъемники.
Наш же корабль, по удивительно удачному стечению обстоятельств, находился на самых нижних отсеках у земли. Мы бегом направились к нему и, запыхавшиеся предприняли открыть громадную дверь, которая была в высоту метров шесть, а в ширину все девять.
Алек подошел к панели у двери, достал ключ-карту и, вставив ее, ввел свой код безопасности. Все прошло гладко, никто не догадался проверить подлинность документов. Странно. Почему все сейчас шло довольно легко?
Когда дверь практически открылась, аккуратно уйдя в пол, я увидел наш старый добрый лайнер. Средних размеров корабль был довольно потрепанным на вид, но Алек всегда следил за его состоянием. И можно было не сомневаться, что эта посудина вывезет нас из любой передряги, что, собственно, и было.
Лайнер представлял собой большой средних размеров двухэтажный корабль. Ему было порядка 30-35 лет, что было заметно по внешнему оформлению корабля. Он состоял из нескольких модулей, расположенных так, что корабль напоминал небольшой вытянутый цилиндр. Длину он был метров двадцать. Пятую часть занимали двигатели с массивными дюзами. Далее следовал шлюз для груза, затем спальные места, каюта капитана и, наконец, рубка управления. Последняя была двухместной: для пилота и его помощника.
«Добро пожаловать на «Путь откровений»» вспомнил я слова Алека, когда впервые зашел на мостик корабля. Самой запоминающейся частью «Пути» был цвет. Ох, этот цвет я никогда не забуду. Темно-синий словно драгоценный камень иолит с белыми гоночными полосками вдоль корпуса. Алек говорил, что это цвет его любимого автомобиля, который был у него в его мире. Не помню, как назывался его автомобиль, но точно в честь какого-то парнокопытного животного. То ли лошади, то ли зебры.
Я так увлекся разглядыванием корабля, что не сразу заметил пистолетные выстрелы позади меня. Пули с искрами срикошетили от стенок ангара. Я пригнулся, быстро оглянулся и заметил вдалеке очередной фургон, летящий на нас. Стреляли с водительского места через открытое окно.
Алек кинул мне пистолет:
— Прикрой меня, я прогрею двигатели,- и скрылся в открывшемся шлюзе лайнера.
Прямо за входом в отсек, где был наш корабль, возле панели, с помощью которой Алек открыл дверь, находилось небольшое пространство, где можно было укрыться от вражеских пуль и отстреливаться, что, собственно, я и сделал.

Фургон приземлился в паре метров от лайнера. Алек прогревал двигатели и молча наблюдал за людьми, выходящими из фургона. Он крикнул по громкой связи мне:
— Айзек, запрыгивай!
Я выглянул из-за угла и оценил обстановку, в надежде проскользнуть до открытого шлюза корабля. Солдаты, которые вышли из фургона не особо торопились начинать активные действия. Знали привычку Алеку палить в закрытых помещениях из корабельных орудий лайнера?
— Залезай живее! — крикнул Алек по громкоговорителю.
Вот водительская дверь открылась и из нее выбрался, кто бы мог подумать, Джон Сандерс. В правой руке он держал свой любимый крупнокалиберный пистолет и в угрюмом молчании шел по направлению к лайнеру, а точнее, к открытому шлюзу, словно не замечая меня.
Алек смотрел на Сандерса с сильной неприязнью сквозь толстое стекло иллюминаторов в рубке управления.
Когда Джон уже почти вплотную подошел к моему укрытию, я выскочил из него и направил свой пистолет на Сандерса. Тот, не мешкая, вскинул свой и смотрел на меня через прицел.
— Джон, остановись! — от переизбытка адреналина мой голос дрожал.
— А что если нет? Убьешь меня? — он ухмыльнулся.
— Кончай эти пафосные разговоры и выслушай меня! Я не хочу убивать тебя, Джон! — я отбросил свой пистолет в сторону. — Я хочу, чтобы ты понял, не больше. Разве настоящие убийцы так поступают? Пытаются ли они убедить тебя в обратном, доказывая свою непричастность?
Ни один мускул не дрогнул на его лице. Казалось, еще секунда и он вот-вот выстрелит мне в голову. Неожиданно для меня, он опустил свой пистолет.
— Я помню, как я появился в этом мире, — нужно говорить максимально убедительно и быстро. Каждая секунда на счету. — Я помню, как ты пытался мне помочь, защищая меня от властей, доказывая мою непричастность в убийствах в том доме. Ведь ты мне верил! Ты верил мне, что я не из этого мира. Так что изменилось сейчас, а? Ты следил за мной с Алеком и знаешь, что они он, ни я, не убивали людей без видимой на то причины!
— Но ведь убивали же! Сколько людей погибло по его вине, а? Сколько? — он указал пальцем на корабль в то место, где сидел Алек. — Я тебя прекрасно знаю, Айзек. И верю тебе, что ты никого не убивал. Но ты соучастник, значит и тебя ждет суд.
— Да не в суде дело и не в убийствах! Я знаю причину появления этих сект и ритуалов. Мы оба знаем. И я пытался связаться с тобой, но все тщетно. Мир ждет гораздо большая беда, если мы не остановим Рэя.
— Кого? — удивился Сандерс.
— Наконец-то, услышал, — выдохнул я. — Тот парень в темно-желтом скафандре, который улизнул в последний момент. Именно его я и ищу уже вот как пять лет, Джон. И когда он был у меня почти в руках, ты не дал его мне поймать. Отпусти нас, прошу. Мы должны найти Рэя. Я должен. Ради дочери.
Звук двигателей лайнера раздавался все громче с каждой секундой. Джон посмотрел на меня с видимым сочувствием, потом вскинул свой пистолет и сказал:
— Прости, но закон превыше всего. Доставим вас обоих в участок, не смотря на приказ, — сказал он.
— Какой приказ? — удивился я.
— Уничтожить любой ценой.
Звук дюжины вскинутых винтовок заставил обернуться Сандерс на своих подчиненных. Они стояли, прицелившись на меня. За шлемами я не видел их лиц, но начинал уже понимать, в чем дело. Мы опоздали.
— Что за чертовщину вы творите!? — заорал Сандерс и хотел сделать шаг в сторону своих солдат, но те сразу направили оружие на него.
— Мы получили приказ, Джон, — сказал один из солдат. — Ты отстранен от расследования. И если ты будешь нам мешать, нам приказано ликвидировать и тебя.
— Что? Но они же в наших руках, мы поймали их!
— Сандерс, — произнес я. — Бегом на корабль.
-Не выйдет. Я знаю этот отряд. «Безликие» всегда выполняют приказы.
— Последнее предупреждение, Джон, — сказал один солдат и нацелился на него. — Отойди.
Яркая вспышка световой гранаты оглушила и ослепила меня. Я был дезориентирован; внезапно кто-то мощной хваткой схватил меня за шиворот и потащил куда-то, затем бросил на жесткий решетчатый пол.
— Возьми Сандерса, — еле прошептал я. — Прошу.
Некоторое время слышались громкие выстрелы винтовок и ругань Алека. Все закончилось сразу, как закрылся шлюз корабля с характерным щелчком. Слепота прошла, но шум в ушах все еще давал о себе знать. Я быстро поднялся, заметив постепенно приходящего в себя Сандерса, и метнулся в сторону рубки управления. Двери открылись, и буквально через несколько секунд я уже сидел справа от Алека в кресле второго пилота.
Стоун времени зря не терял и, пока я приходил в себя, он уже покинул космопорт и наш лайнер стремительно летел в сторону посадочного окна. Окно представляло собой большой тоннель, разделенный несколькими типами ворот для выравнивания давления и атмосферы. Почему этот тоннель называли «окном» мне было вообще непонятно. Двери, скорее всего, заблокировали, поэтому Алек, не желая проверять, правда ли это, активировал корабельные орудия и выстрелил, пробив первый барьер. Посадочное окно находилось довольно далеко от селений, никто не пострадает точно.
Алек резко прибавил скорости. Нас обоих вжало в кресла от перегрузок. Надеюсь, Джон выдержит.
Когда последние ворота, преграждающие нас путь к свободе, наконец-то были уничтожены, мы вырвались за пределы станции. Я издал вздох облегчения, а Алек рассмеялся и хлопнул меня по плечу. Пока корабль улетал в пространство, покидая станцию, я посмотрел в иллюминаторы. Впервые за несколько недель, я увидел звезды космоса. Мириады ярких огней разных цветов и оттенков. Как же я скучал по такому пейзажу.

Если вам интересна эта история, прошу вас, поддержите словом добрым или честным х)
PS Имею ввиду, что вашей критике всегда рад х)


Лучшие комментарии

Если честно, я много чем вдохновлялся) Идея вообще родилась из фантазии по типу Dead space +mass effect + warhammer. Еще много читал Гаррисона: его рассказы и «Стальную крысу». ДА и вообще любой фантастики) Так что, да, концепция взята из dead space, но радикально изменена. Следовательно и сюжет другой. Ну это как взять пример с фильма «Event horizon». Разработчики же этим фильмом вдохновлялись. А в итоге, это два разных сюжета как по концепции, так и в целом) Mass effect больше не присутствует ну и вархаммер тоже. Может через месяц допишу третью главу х)
Копирнул себе для личного пользования(блин, как я проворонил 1 часть?).
Вдохновлялся(-шся) игрой(Айзек-Dead Space), фильмом каким-либо на космическую тематику, а может книгой?
Ну это как взять пример с фильма «Event horizon». Разработчики же этим фильмом вдохновлялись. А в итоге, это два разных сюжета как по концепции, так и в целом)


В точку.
Читай также