1 ноября 2022 1.11.22 0 1322

God of War. Лор и Теории (Часть I)

Пролог

Начало трагедийной саги

Казалось бы, совсем немного Фимбулвинтеров прошло со дня возрождения самого жестокого и маскулинного рецидивиста в истории видеоигр. После весёлых потасовок в Греции наш старый-не-такой-уж-и-добрый Кратос осел в Скандинавии, остепенился (как только мог), обзавёлся новой пассией, а впоследствии — не то сыном, не то «boy»-ем.

Тернистый путь прошли они по умирающим землям почти всех Девяти Миров, много интересностей узнали о пацане, но ещё больше тайн им только предстоит раскрыть. Кто такой Локи? Что скрывает Лаувейя? Причём тут перемещения во времени?

Если вы тоже пребываете в предвкушении нового Рагнарока и соскучились по непутёвому сыну, невероятно импактной боёвке и чарующим ландшафтам Шести из Девяти Миров, то предлагаю возвратиться в недалёкое прошлое и из осколков немногочисленных подсказок вкупе с шизофреническими додумками попытаться предугадать историю «Рагнарока».

К худу аль к добру, это не будет компиляцией популярных теорий, будь то: «Кратос и Тюр один человек» или «В God of War 2 Кратос разделил таймлайн на две части» — и тому подобные необоснованные теории. У меня в голове предостаточно фирменной чуши, которую я и попробую доказать!

Ранний концепт-арт God of War (2018). Посмотрите на лоснящегося жёлтыми кудрями Атрея!
Ранний концепт-арт God of War (2018). Посмотрите на лоснящегося жёлтыми кудрями Атрея!

Эписодий I. Лор

Летопись Девяти Миров

Но прежде чем браться за гипотезы с неясными событиями и неизвестными именами, надобно внести контекст: что творилось в Девяти Мирах? Кто такие асы, йотуны, ваны, альвы и цверги? И с какого перепугу они бьются друг с другом? Чтобы ответить на все вопросы, я решил вкратце обозначить общее положение истории… Как видите, настолько вкратце получилось, что пришлось разделить работу аж на две части.

Рождение первых

В начале не было ничего. Лишь холодная первобытная тьма. И называлась она Гиннунгагапом. На севере от великой пустоты веяли морозные ветры Нифльхейма, царства льда и туманов, на юге рдели жар и пламя Муспельхейма, царства огня и лавы. Не льдом одним был покрыт Нифльхейм, потому что текли в нём двенадцать потоков самых холодных и самых ядовитых вод, шедших из источника Хвельгермира, у каждого потока было по имени, но вместе их звали Эливагаром.

Когда воды Эливагара спустились на равнины Гиннунгагапа, то в самом его центре образовали глыбы льда и инея. Лава и огонь Муспельхейма подступили к Гиннунгагапу и, соприкоснувшись со льдом Нифльхейма, образовали мистическую жидкость эйтр — животворящую кровь. Эйтр приняла форму — и так произошёл Имир, первый великан, ставший первым живым существом.

Вместе с Имиром из растаявшего льда и угасшего пламени явилась корова по имени Аудумла. Столько молока было в её вымени, что реками они текли в рот ненасытного великана.

Однажды, когда Имир уснул, то начал потеть, и проступивший подмышками пот дал рождение двум другим великанам, мужчине и женщине. Когда же Имир начал потирать ноги одна о другую, то вышел оттуда шестиголовый великан. Его прозвали Трудгельмиром, и дал он своё потомство — сына Бергельмира. Были все они первыми из рода инеистых великанов, потому что сам Имир произошёл ото льда, и прозвались они по подобию своего родителя — йотунами.

Великая корова Аудумла, кормившая первое живое существо и его потомков, тоже нуждалась в пище, дабы реки молока не прекращали течение. Она без конца лизала солёные глыбы. Но вскоре произошло нечто любопытное. Питаясь инеем одной из глыб, Аудумла вдруг вылизала макушку, у которой проступили волосы. Продолжив лизать, на второй день она увидела целую голову. На третий же день из той глыбы образовалось тело. Так родился Бури, первый из рода Богов.

Не переставали давать рождение ожившие существа. Первый Бог-великан Бури породил сына Бора, в то время как другие йотуны дали жизнь великанше Бестле, которой уготовано было стать матерью Богов. Вскоре Бог-великан Бор и великанша Бестла сошлись, и из их любовного союза родился тот, чьё имя будет воспевать и страшиться всё живущее в грядущих Девяти Мирах — Бог Один, который явился в мир вместе с братьями Вили и Ве.

Убийство прародителя

Так жили бы асы с йотунами в мире и покое, как два братских народа, однако надоело Одину, что великаны без конца плодятся, а им, великим Богам, места не дают. Рассудил Один просто: раз все йотуны восходят к прародителю Имиру, то следует совершить убийство первого из рода великанов. Позвал он братьев Вили и Ве и втроём они вероломно напали на первого йотуна.

Долгая, выматывающая была битва: ни Один с братьями, ни Имир не уступали друг другу в мощи, но всё же пришла кончина Прародителя. Когда умер первый великан, кровь из его ран потекла столь мощными потоками, столь много её было, что затопила она почти всех йотунов.

Почти никто не спасся из рода великанского, кроме двух счастливцев: Бергельмира, сына шестиголового Трудгельмира, и жены его. Во время потопа уплыли они на лодке в далёкие дали, где обустроили новые земли и прозвали их Домом Йотунов — Йотунхеймом. Правду говорят, что последующие поколения йотунов пошли от Бергельмира, поскольку жил он мирно, плодил детей без счёту, а под конец умер своей смертью, в окружении любящей семьи.

Здесь и далее источник перевода триптихов на английский: https://imgur.io/gallery/z5So3Co
Здесь и далее источник перевода триптихов на английский: https://imgur.io/gallery/z5So3Co

Мидгард, гномы и люди

Из останков первого великана Один с братьями сотворил новый мир: плоть Имира стала бескрайней землёй, мозги с черепом взметнулись густыми облаками и высоким небом, кровь океанами, озёрами и реками омочила берега, кости и зубы, преобразившись в горы и камни, верхушками гор касались небесного покрова, а волосы озеленили пустошь травой и деревьями. Так был создан мир, который прозвали Мидгардом — срединным миром. Вскоре после Один нарёк себя «Всеотцом».

Пока братья были заняты сотворением земель, в гниющем трупе Имира закопошились черви, которые множились и выползали на поверхность. Впоследствии из них вышли первые цверги, то есть гномы. Новорождённые гномы ушли глубоко под землю, где образовали Свартальхейм. Их острые умы уступали только недюжинным талантам, потому как оказались гномы искусными мастерами по части кузнечества.

После тяжкой работы по сотворению Мидгарда решили братья прогуляться вдоль берега, где случайно наткнулись на два валявшихся бревна — ясеня и вяза. Тогда-то братья поняли, из чего вылепить им новую жизнь.Первым подошёл Один и одарил брёвна душами и жизнью, затем Вили слепил им тела и наградил способностью говорить и чувствовать, а после Ве научил их двигаться и дал разум. Мужчину, созданного из ясеня, именовали Аском, а женщину, что вышла из вяза, нарекли Эмблой. Так появились первые люди, которые поселились в Мидгарде.

***

История не раскрывает подробностей того, что происходило после сотворения Мидгарда и откуда явились ваны. Нам даются лишь крохотные крупицы тех истин, имевших место быть в очень и очень далёкие времена. Настолько далёкие, что ни сказания Мимира, ни записи Атрея не могут дать точных дат. Сохранилась лишь хронологическая выжимка о конфликтах между асами и ванами, подкреплённая трагедией йотунов, что развивалась в промежутке меж божественными войнами.

Влюблённый король Богов

После сотворения мира

Издавна любовь и ненависть удивительным образом сосуществуют в теснейшей связи. На протяжении всей жизни Один был верен одному из этих чувств — ненависти к великанам. Они же отвечали ему взаимной неприязнью, однако вскоре многое изменилось. То ли по прихоти жриц судьбы норн, то ли по велению самой виновницы-Судьбы случилось так, что однажды сплелись нити двух жизней: аса Одина и великанши Фьоргун, богини земли.

Долгое время они жили вместе в любви и согласии, и Один не чаял души в супруге — так сильно был он привязан к дочери некогда ненавистных ему йотунов! Из их союза родился полувеликан-полуас Тор, сильнейший из сильнейших, что знавали Девять Миров.

Но всякому счастью рано или поздно суждено кануть в бездне Гиннунгагапа… Когда умерла Фьоргун, Один впал в жестокую тоску, какую могут познать только воистину любившие сердца.

Первая Великая война асов и ванов

Невообразимо много лет назад

На протяжении долгих веков меж асами, известными за любовь к празднествам и славным битвам, и ванами, тяготевшими к магическим тайнам природы, постоянно случались склоки. И дабы прекратить бессмысленные склоки, помыслил Бог Фрейр из Ванахейма задобрить пылкий нрав Одина, короля воронов.

Пройдя через многие миры, Фрейр прибыл в Асгард с дипломатической миссией: научить местных Богов волшбе своего народа, ванов. Но не убийственной магии, а созерцающей — обучил их Фрейр чарам, способным вырастить настолько обильные урожаи, что хватило бы прокормить весь Асгард! Асы оказались под огромным впечатлением и от доброго Фрейра, и от принесённого им дара, но оказалось, только-только наступившему миру не суждено было продлиться. Сильные чары магии ванов требуют серьёзной работы. Конечно, асы не были внимательны к советам Фрейра, а потому её мощь обернулась против них.

Рассвирепевшие, они обвинили во всём Бога ванов, асы пытали Фрейра и даже пробовали убить его! Но Фрейр был крепок духом. Он сбежал из Асгарда и вернулся в Ванахейм, где поведал родственникам о пережитых зверствах. Полные гнева, Боги Ванахейма дали обещание отомстить асам за подобную наглость! Так началась Первая Великая Война между асами и ванами.

Война асов и ванов сеет смерти

Невообразимо много лет назад

Долгое время шли кровопролитные сражения не на жизнь, а насмерть. Асы были серьёзной силой и наступали на позиции ванов, но те отказывались отдавать лёгкие победы. Много крови было пролито, много жизней отправлено в царство Хель, однако горделивому Одину надоело бодаться в мелких стычках, не несущих ему громких побед. Тогда решил он собрать огромную армию, какую видели во всех Девяти Мирах, и во всеоружии пошёл на Ванахейм!

С мечами и копьями кровожадные асы наступали на ванов, но те с ещё большей отвагой отбивались от озверевших Богов! И хотя ваны были в меньшинстве, они не уступали по силе врагу, потому как крепость духа и магия самой природы были им вместо огня и мечей. Доблестно бились защитники своей земли, но доблестней всех среди ванов сражалась Фрейя, сестра-близнец Фрейра, которая вела армию и с переменным успехом отбивалась от мечей и топоров одинских войск.

С каждой удачной атакой асам тут же приходилось отступать назад! На одну победу приходилось два поражения, потому как не ожидали воины Асгарда, что Боги Ванахейма будут биться столь разрушительной магией как один! В конце концов, обе стороны потеряли слишком много жизней, чтобы продолжать жестокое кровопролитие. Впервые грандиозный поход Одина, ранее не знавшего горечи поражения, с треском провалился, и асам пришлось отступить.

Умнейший из живых

Много лет назад

Где-то в эти же года, немногим позже усугубления конфликтов, в Северные земли прибыл Мимир, умнейший из живых. Как рассказывает сам виновник, по прибытии в Мидгард он уже знал Одина как неутолимого до познаний Бога. Решил Умнейший из живых пойти на услужение к могучему асу в качестве божеского советника, поскольку именно этим он занимался при других пантеонах и королевствах до того, как сменил имя и отправился в далёкие дали.

Дабы показать Одину силу ума и безграничность мудрости, предложил он королю воронов испить из волшебного колодца знаний, чтобы узрел он необходимые видения. Правда, по признаниям самого Мимира, был это обычный колодец с обычной водой, разбавленной необычными грибами.

Испив из «волшебного» колодца, Один обезумел от увиденного и в жесточайшем припадке чуть не вырвал себе глаза! Мимиру еле удалось остановить Бога, иначе тот бы полностью лишился зрения.

После случившегося Мимир кое-как сумел убедить Всеотца в том, что сей жест был необходимой жертвой на пути к просветлению, и казалось, впечатлённый ас поверил ему. Мимир долго служил верой и правдой своему господину, но после, когда главный советник исчерпал доверие Одина, последний вырвал ему глаз. Тогда-то умнейший осознал, что Короля Богов невозможно обмануть.

Орудие раздора

200 лет назад

Давным-давно в Мидгарде объявились молодые братья-гномы, которые возжелали прославиться как искуснейшие кузнецы. Конечно, каждый гном обладал талантами к ручному ремеслу, но братья были настоящими мастерами и хотели доказать свои способности всем Богам и королям.

Узнав о гномах, Один попросил их выковать предмет такой мощи, какой не видывали в Девяти Мирах. Без устали корпели братья, денно и нощно плавили высочайшей крепости металлы и совмещали несовмещаемые магические ингредиенты. Снега холодной зимы сменялись тёплыми дуновениями весны — так долго работали они до тех пор, пока не выковали орудие, достойное Богов. Это оказался великий молот Мьоллнир, что содержал в себе силу молний.

Он и был затем подарен Одином своему самому сильному и самому могучему сыну Асгарда — Тору. Мьоллнир действительно принёс их создателям славу, — с тех пор каждый король, каждый бог слышал имена умелых братьев-гномов: Брока и Синдри. Тысячи заказов тут же потекли двенадцатью реками Хвельгермира!.. Но не радовались бы тогда братья, если б знали, что их творение принесёт раздор и горе Девяти Мирам.

Страшное предсказание

Около 200 лет назад

Хранительница Знаний великанша Гроа славилась тем, что обладала мощным даром предвидения. Она даже превосходила собратьев-великанов, потому что могла увидеть события невообразимо далёкие, на много-много веков вперёд! Однако в один день её дар обернулся против своей владетельницы…

После таинственного исчезновения мужа Аурвандиля великанша Гроа, тщетно пытаясь отыскать его, с головой закопалась в книги. Всё для того, чтобы найти знания, способные призвать видения настоящего будущего и поведать о любимом. И она увидела… Однако не мужа отыскала, но оказалась свидетельницей страшной бойни, в которой примут участие и асы, и ваны, и йотуны. Узрела она, как сгорит в огнях Муспельхейма почти всё живое, как могучий великан Сурт, что был рождён в пепельных лощинах Муспельхейма так же давно, как и Один, мечом огненным уничтожит весь род асов. Немного Богов переживут конец и начало всего, но в их числе обязательно окажутся Магни и Моди, сыны Тора.

Когда в Асгарде пошли слухи о пророчестве последней битвы, Один захотел присвоить эти знания предсказательницы. Гроа встретила короля воронов как друга, потому что Один был знаменит тягой к познаниям и часто посещал её библиотеку. Но она не знала ужасной правды: именно Один стоял за исчезновением её мужа, скрывая оного под мощными чарами от глаз великанши. Когда же Бог и великанша встретились, жестокий ас схватил её за горло и голыми руками забрал не только великую библиотеку, но и невинную жизнь.

Могучий полководец

Около 200 лет назад

Следующую историю Мимир рассказывает не без грусти, потому что именно он, хотя и не напрямую, оказался виновником гибели следующего йотуна.

Эта история о великане, что был рождён с восемью руками. Старкадр Могучий был одним из сильнейших йотунов, даже сам Тор, известный своей любовью к хорошей драке, опасался сойтись в честном поединке со Старкадром. И не просто так, потому что Старкадр был рождён с восемью руками. Если бы йотуны захотели собрать организованное войско, то Старкадр стал бы их полководцем… По крайней мере, так считал Мимир, когда высказывал опасения Одину. Всего лишь опасения, но королю Богов достаточно было одного слова, чтобы найти повод истребить йотунов.

Вместо того чтобы отправить Тора на честную битву со Старкадром, асы решили пойти на хитрость. В каждом из Девяти Миров они распускали слухи о его чудовищности и кровожадности, лгали всем о том, что он украл королеву Эльфов и вытворял с ней бесчестные вещи, после которых она даже наложила на себя руки!

Ложь асов ядом капала в уши мидгарских жителей и Богов Ванахейма — и в конце концов убедила пойти с луками и мечами против йотуна. Ваны с мидгардцами обступили Старкадра и начали поливать стрелами бедного великана со всех сторон, заставив того пасть на колени.

В надежде на справедливый суд, где он бы мог очистить опороченное имя, Старкадр сдался. Пришёл Тор. Не желая слушать оправданий, он оторвал ему руку. На этом Громовержец не остановился: жестокий ас продолжил вырывать одну за другой до тех пор, пока не был окончательно удовлетворён. Потеряв шесть рук, лишившись крови, Могучий Старкадр скончался на поле боя.

Охотница и добыча

Около 200 лет назад

Великан Тьяцци был из тех инеистых великанов, кто с рождения одарен способностью перевоплощаться в любое дикое животное. Но не магии он учил дочь Скади, а охоте на диких животных. И так хорошо Скади обучилась стрельбе из лука, что стали именовать её Скади Королевой Охоты.

Как-то раз придумала дочь Тьяцци создать пару снегоступов из рёбер диких животных, что позволяли бы ей скользить по снегу быстрее ветра. Это изобретение улучшило её без того острые навыки, — и теперь ни одно животное не могло убежать от её стрел. С тех пор даже Боги не смели тягаться с ней в мастерстве охоты!

Великий Один, услышав о мастерстве Скади, захотел жениться на умелой охотнице, потому что верил: великанша способна родить ему сильных детей. Но как бы ни старался Один завоевать внимание охотницы, Скади отвергала любые предложения… Стоит ли говорить, что подобное отношение оскорбило злопамятного короля Богов?

Прошёл слух, что асам досаждает орёл, крадущий золотые яблоки с дерева Идунн. И настолько хорошо чувствует он себя в небе, что ни один лучник не может сбить эту изворотливую мишень. Король воронов прекрасно знал: гордость Скади не позволит ей остаться в стороне от испытания. И он не ошибся — Скади присоединилась к охоте.

Долгой была охота, изнуряющей. Многие охотники отсеялись на полпути: уж слишком быстр, слишком увёртлив оказался орёл. А когда птица улетела к заснеженным горам, почти все умельцы бросили надежду поймать добычу, но не Королева Охоты.

Скади загнала неуловимую птицу до тех мест, где только её снегоступы позволяли ей проскользить, и пустила из лука свистящую стрелу. В тот же миг орёл пал, однако радость Скади длилась недолго. Ведь когда она отыскала добычу, то могла лишь ужаснуться от увиденного, потому как бездыханное тело родного отца лежало в снегу, проткнутое её же стрелой. Не существует в языках такого слова, способного описать чувства ребёнка, убившего родителя.

Обняв отца, подавленная горем Скади отдалась снегам вечной зимы, что укутали её в последнем беспробудном сне. Говорят, их тела до сих пор можно увидеть на вершине той горы.

Бессердечный и безжалостный

Около 200 лет назад

О великане Хрунгнире рассказывают, что родился он без мозгов и без сердца, а потому йотуны сами заполнили зияющие пустоты камнями. Он был силён от природы, однако камни ему не прибавили ни ума, ни мудрости, поэтому Хрунгнир остался таким же, каким и был: простодушным и безвредным.

Однажды Один встретил его прогуливающимся в Мидгарде и пригласил во дворец в Асгарде. Там Один напоил йотуна мёдом и подначивал простака к хвастовству и всяческим проказам. Потешались асы от выходок и пустых угроз захмелевшего йотуна, ведь Хрунгнир убеждал их, что когда-нибудь убьёт всех асов, что заберёт их жён в свои палаты в Йотунхейм. Но потом объявился Тор. Он не улыбнулся, а только смерил пустослова серьёзным взглядом и опустил Мьоллнир на его голову с такой силой, что по сей день на макушке Тора можно увидеть шрамы от каменных осколков йотунской головы!

Громче прежнего хохотали асы, наблюдая, как Хрунгнир пал замертво. Но тем смешнее было глядеть им на то, как тело великана придавило сына короля Богов! Воистину, отличный мёд способен затуманить разум сильнейшего из сильнейших, потому что Тор даже и не заметил, в каком положении оказался! А ведь ему было бы легче легкого отбросить тушу: присутствующие, как он ни пытались, не смогли освободить Громовержца из заточения.

Вскоре на пир пришли юные Магни и Моди, сыны Тора, что совсем ещё малышами тогда были. И пока никто не видел, юнцы одним махом перевернули йотунское тело и высвободили отца. Пошедший в дедушку светловолосый Магни получил всё признание асов, а Моди с того дня до сих пор пылает от зависти и чувства несправедливости.

Разрушенные стены

Около 200 лет назад

Жестокость бывает настолько абсурдна, что порой она не требует причин. На зверей охотятся ради пропитания, бешеных псов умерщвляют из защиты, но убийство следующего йотуна не принесло ничего, кроме горя…

Великан Тамур был великаном даже среди сородичей! Мимир в шутку называет его великанским великаном, потому как с ростом Тамура могли поспорить лишь его навыки в возведении сооружений из камня — Тамур считался лучшим каменщиком. В надежде защитить свой народ от деспотизма Одина, инеистый йотун целыми днями орудовал молотком и резцом, дабы построить крепчайшую и высочайшую стену в Йотунхейме. Но завершить строительство в одиночку оказалось за гранью возможного, и он понадеялся на помощь сына Хримтура.

Юный же Хримтур, напротив, хотел орудовать не молотком и резцом, а стальным мечом и крепким щитом на поле брани. Беспокойный отец не разделял горячих порывов Хримтура. В один день они повздорили так сильно, что прогневанный Тамур ударил сына! Хримтур сбежал в ту же ночь, а бедный Тамур, зовя родную кровь в безутешном раскаяньи, последовал за ним. Так далеко от дома забрёл каменщик, что не заметил себя в окружении гор Мидгарда. Если бы Тамур только знал, с кем ему не посчастливится преминуться…

Ударила молния, и в её вспышке каменщик заметил извечного ненавистника рода йотунского — Тора. Завязалась чудовщиная битва, которая, впрочем, не продлилась надолго. Мощный удар Мьоллниром повалил Тамура на его же резец, что пробил череп великана. Бедный йотун упал на жившее рядом поселение, поклонявшееся Богу-вану Ньорду, и случайно разрушил людские дома.

Умирая, йотун дохнул мощным морозовым потоком и густыми снегами покрыл земли на мили вокруг. Так скончался огромный великан-каменщик, кто своей смертью унёс жизни ни в чём неповинных поселенцев.

Союз с йотунами

170 лет назад

Не все асы были слепы в ярости по отношению к соседствующим народам — ванам и йотунам. Некоторым хватало смелости сдерживать тиранию жадного до крови Одина. По иронии, именно Бог Войны Тюр оказался тем асом, кто пробовал отстаивать идеи мирного сосуществования.Междоусобицы и войны, что вереницей тысяч смертей тянулись вслед за оглушительным топотом асгардцев, были противны доблестному Тюру. Он понимал созидательную силу мудрости и познаний, а потому в любых конфликтах, будь то человеческих или божественных, выступал посланником доброй воли.Так и случилось в тот день, когда Тюр наконец сумел договориться с королями йотунов о проведении мирных переговоров.

И хотя Бог Войны был против любого вида орудия на встрече, Один убедил Тюра пойти в Йотунхейм с молотом Громовержца: молот будет им вместо щита и не допустит нарушения перемирия, говорил он! Тюр знал, что вид Мьоллнира в руках заклятых врагов обеспокоит великанов, ведь то был неостановимый инструмент, сеющий смерти. Однако доблестный Бог верил в доброту каждого сердца и понадеялся на благоразумие короля воронов. О чём впоследствии долго и горько сожалел.

Дальнейшие события развернулись очень быстро: когда асы явились в Йотунхейм на мирные переговоры, гиганты быстро раскрыли истинные намерения Одина — найти и украсть секрет их мудрости. С помощью магии они изгнали Одина из Йотунхейма и прокляли его, чтобы никогда тот больше не смог ступить на их землю.Взбешенный король Богов обрушил поистине страшный гнев на мидгардских великанов! В тот же миг Тор наперёд с Мьоллниром полетели по головам каждого йотуна, кого могли отыскать. В этой бойне погибло очень много великанов.

С тех пор йотуны укрепились во мнении, что Одину нельзя доверять. И чтобы в Мир великанов могли попасть лишь достойные доверия, йотунские короли вручили доблестному Богу Чёрную Руну, что некогда хранилась за девятью печатями в опасных залах Храма Тюра. До тех пор, пока за ней не пришли Кратос и Атрей.

Конец Долгой войны асов и ванов

150 лет назад

Настал счастливый день окончания войны между асами и ванами! Благодаря воистину немыслимым усилиям Мимира враждующие Боги сумели найти компромисс для затянувшегося конфликта. Считается, что даже шёлковые нити Глейпнира не повяжут закоренелых врагов сильнее, чем узы брака: Мимир убедил Одина жениться на прекрасной Богине из Ванахейма, знаменитой не одной лишь пленяющей красотой, но и магическими дарованиями, которые так жаждал освоить король Богов. То была Фрейя, сестра-близнец Фрейра, Богиня природы и умелая мастерица по части магии.

Хотела ли она этого брака? Лишь плуты да глупцы помыслят, что Фрейя сможет простить пытателя её любимого брата, забыть учинённые асами колоссальные разрушения и оставить позади целый океан погубленных жизней!.. Однако она пошла на эту жертву, чтобы её народ не тревожили ни бесконечный гул битв, ни череда братских смертей.

Так наступило долгожданное перемирие, и между ванами и асами воцарился покой.Время шло, года летели и жёсткое сердце Богини ванов постепенно размягчалось под наопором настойчивых ухаживаний Одина. Приняв роль мужа, Один делал для Фрейи всё и даже больше! Любое её пожелание мгновенно исполнялось, любая прихоть тут же предугадывалась и реализовывалась наилучшим образом! Как признание силы её боевого духа Один подарил крылья валькирий вместе с титулом королевы воинственных жён. Тогда же девять прекрасных валькирий пошли в услужение Богини ванов.

Можно было поклясться, что Один стал снова счастливым и старался осчастливить молодую жену. Можно было поклясться, что они зажили в любви и согласии…

Да здравствует прекраснейший из Богов!

145 лет назад

Хорошо жилось всем в то время. Мир процветал, эхо былой войны между ванами и асами рассеивалось, и Фрейя отдалась спокойному течению жизни.

Благодаря жене Один понемногу обучался магии ванов, которую Фрейя называла сейдр, и делал всё возможное, чтобы ванская Богиня не изнывала от тоски по родному дому. Любовь его принимала разные виды нежности, и однажды она обрела вид маленького ребёнка — мальчика, которого назвали Бальдуром.

Красив он был, голубоглаз; не то светловолосый по отцовой линии, не то русый — по материнской, души в нём не чаяла Фрейя… А потом Фрейя услыхала пророчество, гласящее о его смерти в раннем возрасте. Впала Фрейя в отчаяние настолько глубокое и жестокое, какое может познать лишь любящая мать.

С тех пор и на протяжении последующих двадцати лет Фрейя провела в поисках чего-то, что могло бы спасти невинную жизнь любимейшего сына Бальдура.

Два волчонка, солнце и луна

Около 145 лет назад

Сколль и Хати были сыновьями праволка Хродвитнира (Фенрира), легендарного противника асов, который по преданиям принесёт их погибель, когда сыновья поглотят солнце и луну.

Ещё мелкими щенками их поймал Один и цепями заковал в псарнях Асгарда для того, чтобы держать врага в узде. Но когда солнце с луной супротивились своему назначению и застыли на небосводе, Один с помощью древней магии послал братьев высоко в небо, где они приступили к погоне за солнцем и луной.

И долгой будет та охота, но не бесконечной, ибо сказано, что в один день Сколль и Хати поглотят своих жертв. Этот день и станет Сумерками Богов.

Мимир как-то задался вопросом: если Один знал, что волкам предугатовано пожрать светила дня и ночи, то зачем он собственноручно приблизил Рагнарок? Для короля Богов нет слаще мёда, чем безоговорочная победа над врагом. А что может принести наибольшую радость неутомимому Одину, если не победа над самой судьбой? Мимир как-то высказал смелое предположение: битва, начавшаяся по велению Одина, — та битва, которую он способен выстоять.

Предательство наказуемо

140 лет назад

Сильно завидовал Один славе Тюра! Куда бы ни пролегал путь доблестного Бога, где бы он ни бывал, везде встречали его как доброго гостя и везде стремился он помочь жителям: в прогрессе ли, или в конфликтах. Если Один с драконьей жадностью хранил все обретённые знания под магическими замками, Тюр же нёс их на благо люда мирского.

Король Богов подозревал в Тюре, чьей миссией было украсть тайны великанов, настоящего предателя, кто помогал великанам уничтожать любые видимые пути к Йотунхейму. Немного времени прошло, прежде чем Один перешёл от подозрений к действию: он собрал лучших воинов Асгарда и атаковал стены Храма Тюра, где добрался до владельца и!.. Долгое время не могли сказать, что стало с доблестным Богом: умер ли Тюр в тот день или же с тех пор пребывает в заточении. Отчаявшись, люди стали предполагать худшее. Но, кажется, Кратос и Атрей отыскали его следы.

Братья снова в деле

134 года назад

Увидев, сколь много ужасных страданий приносит их поистине могучее творение, Брок и Синдри из стыда и отвращения друг к другу даже перестали разговаривать. Но после судьба заставила их сойтись снова, потому что братьям предстояло сотворить новое орудие, способное потягаться с непревзойдённым Мьоллниром.

Спустя год кропотливой и тяжёлой работы они выковали Левиафан — топор огромной магической силы, который братья наделили воплями двадцати морозных троллей. Другой же особенностью топора было то, что он по подобию Мьоллнира после броска мог возвращаться в руки владельца.

В знак доверия и веры в благие намерения нового владельца Брок и Синдри подарили Левиафан великанше Лаувейе, что прославилась в Девяти Мирах как неуловимый противник асов, мешающий их планам по истреблению йотунов. С этим топором Лаувейя продолжила досаждать безжалостным асам, но самолично редко вступала в прямые конфликты. Как храбрый воин она стремилась помогать страждущим в час нужды: кормить тех, кого асы оставили без пищи, и освобождать тех, кого асы порабощали. За свои подвиги она и была прозвана Лаувейей Справедливой.

Проклятие любви

125 лет назад

Истинная любовь не знает границ, и порой она не ведает пощады. Что произошло с Бальдуром, нельзя описать простыми словами, потому как многим людям, чья жизнь быстротечна и зыбка, бессмертие покажется благословением. Для одинского сына, аса по крови и духу, этот дар обернулся проклятием.

Двадцать лет из жизни Фрейи прошли в поисках лекарства, способного победить саму судьбу, саму смерть. Чего только не перепробовала Фрейя, какие магические заклинания не смешивала с природными ингредиентами, ничто не получалось сотворить. Но в конце концов она отыскала правильный рецепт. Наверняка Фрейя осознавала: совмещать старую и новую магию очень опасно… Но отчаянная мать пойдёт на многие жертвы.

С помощью наставника, волшебной свиньи Хильдисвини и главного божеского советника Мимира Фрейя создала защитное заклинание, которое и наложила на Бальдура. Но у столь мощной магии была обратная сторона — Бальдур, обретя неуязвимость, перестал что-либо чувствовать: и жгучих нахлёстов северных ветров, и лёгкой одури от крепкого мёда, и сладких поцелуев женских губ. Бальдур пришёл в неописуемую ярость и молил, требовал, угрожал матери вернуть ему чувства, однако Фрейя была непреклонна, потому что верила — так будет лучше. Так он не умрёт по прихоти судьбы.

Однако каждый не по уму, но по опыту знает: беда не приходит одна. За время совместной жизни Один постепенно охладел к супруге. Кто-то всё ещё верит, что Один по-настоящему любил Фрейю, а кто-то полагал обратное — король воронов был одержим одним познанием тайн магии сейдр. Овладев ими благодаря Фрейе, Один теперь преследует иную цель — во что бы то ни стало попасть в Йотунхейм, дабы раскрыть правду о грядущем Рагнароке. Потому-то он использует силу сейдр с корыстными помыслами, извращая магию ванов. Конечно же, Фрейе не нравилась подобная практика, но что она могла поделать?

Кража и отмщение

Около 125 лет назад

Великан Трим хотя и был королём инеистых великанов, однако не славился умом и дальновидностью. Украсть молот у самого сильного из асов, пока тот спал, а после предложить как подарок в обмен на свадьбу с Фреей — до такого ведь додуматься надо! Зная, что йотуны закрыли все проходы в свой мир, хитрые асы не долго думали о приглашении и поспешили согласиться столь заманчивому предложению. Но за их согласием, как нетрудно догадаться, таились страшные планы.

К тому времени Фрейя была для Одина немногим дороже придворной собаки, а потому он с радостью согласился отдать жену в чужие руки, ведь свадьба должна была пройти в королевстве йотунов. Один убедил Фрейю магией скрыть Тора под видом божеского пажа и послал обоих в Йотунхейм на празднество. Как счастлив был Трим после того, когда йотунская церемония провела невесту в его дворец! Однако радостные восклицания вскоре сменились ужасными воплями…

Только успел великан взять руку Фрейи, Тор моментально явил себя и, схватив Мьоллнир, что был предложен супруге как свадебный подарок, размозжил череп Трима! Не медля ни секунды, он яростным штормом промчался по головам ошарашенных йотунов, оправдывая кровавый титул Громовержца! Никто не был в силах остановить безжалостное кровопролитие, кроме Богини Фрейи, которой претила бессмысленная жестокость: мощным заклинанием, исключающим возможность вернуться, она отбросила из Йотунхейма и себя, и Тора! Когда Один прознал о том, что сотворила его женушка, он был в бешенстве, поскольку надеялся на полное истребление вражеского народа. И вот тогда-то он поклялся, что обязательно отомстит Фрее со всевозможным коварством…

Вновь возведённые стены

Около 125 лет назад

Сын каменщика Тамура Хримтур после трагедии пошёл по стопам отца: он завершил его работу по возведению Великой Стены Йотунхема. Означало ли это, что он простил преступления асов против его народа? Забыл об отцеубийце Торе? Ответом станет следующая история.

Однажды Хримтур разузнал, что асгардские стены были сооружены лишь наполовину, да и эта воздвигнутая часть грозилась рассыпаться от лёгкого дуновения ветерка, поскольку ни один ас не желал отвлекаться на подобную мелочь, как защита. Тогда Хримтур принял облик простого мужчины и явился во дворец к асам с предложением — он построит стены настолько крепкие, что вся мощь коварной магии ванов не оставит ни единой трещинки на них. А если он не управится за две зимы, то асы ничего не заплатят ему. В случае же успеха вместо платы он попросил немного — аудиенции с Фреей, которая, как он знал, приходилась женой Одина не из любви к мужу, но из любви к своему народу.

Полагая задачу невыполнимой, король Богов немедля согласился, поскольку был заинтригован потешной кичливостью собеседника. Конечно же, Хримтур, благодаря отцовским знаниям и помощи волшебного жеребца Свадильфари, таскавшего для него камни, он управился с задачей раньше положенного срока. Не терпящий поражений Один, однако, проявил честность и выполнил свою часть сделки.

Фрею послали к новым стенам, окольцовывавшим асгардские земли, где она встретилась с незнакомцем. К удивлению, он не просил ни руки её, ни сердца, и не желал делить с ней ложе, а только наклонился и прошептал что-то на ухо. После Хримтур поспешил покинуть Асгард, но у самых ворот его встретил Тор. Он понял, что Всевидящий Один раскусил в мужчине великана, однако это его не потревожило. Месть удалась.

Мимир провёл многие зимы в поисках ответа на вопрос, что же именно сказал Фрее Хримтур, но так ничего не разыскал. Однако он полагает, что сын великанского великана-каменщика рассказал о некоей бреши в защите Асгарда, магической или обыкновенной.

Локи и Свадильфари (не гуглите эти имена вместе...)
Локи и Свадильфари (не гуглите эти имена вместе...)

Безумие короля Богов

120 лет назад

С окончанием Великой войны асов и ванов удивительно спокойно прошли многие годы в Девяти Мирах, но за это спокойствие пришлось платить десятикратно: желая заполучить пророчества о конце света, Один окончательно обезумел и твёрдо вознамерился отыскать дорогу в Йотунхейм. Для достижения этой цели он наказал Тору истреблять оставшихся в Мидгарде йотунов в надежде на то, что из страха кто-нибудь расскажет о тайном проходе. С помощью Лаувейи многие йотуны бежали, когда Тор с новой силой взялся за любимое дело: великанской кровью орошать и дома, и земли мидгардские.

К тому времени терпение Фрейи иссякло, она давно видела в Одине не более чем жаждущего Рагнарока деспот и поняла, что любовь его была обманом, за которым супруг умело прятал корыстолюбие. В тот же миг Фрейя приняла решение бежать домой, в Ванахейм. Но Один узнал о побеге и с помощью магии той, кто была ему и наставником, и супругой, наложил извращённое заклинание, лишив её возможности покинуть Мидгард. Он оказался умелым учеником, за многие годы познал её слабости, а потому Фрейя не могла ни разбить, ни разорвать силу заклятия. Более того, с помощью этих чар жестокий Один также лишил жену возможности биться — Воинского Духа. Неспособная ни ударить, ни защититься, с тех пор Фрейя скрывается в магическом лесу от всевидящих глаз короля воронов.

Король Богов не остановился на супруге, потому как обращал свой взгляд на всех, кого мог заподозрить в предательстве. Так вскоре пострадали верные Фрейе жёны войны, девять валькирий, что были закованы в тела из плоти и крови. Обратившись к сейдр, Один наслал сильнейшее проклятие, которое бросило валькирий в объятья кровожадного безумия. Тогда же полетели жёны войны уничтожать всё живое. Мидгард, Альфхейм и иные населённые миры потряс грохот ломающихся костей вперемешку со страшными воплями невинных.

Ляпота-то какая. Правда, кровавая...
Ляпота-то какая. Правда, кровавая...

Закованные валькирии

118 лет назад

Сигрун, ставшая королевой валькирий после Фрейи, не меньше изгнанной Богини осознавала творившуюся трагедию: её осквернённые сёстры сеют разруху не только в Мидгарде, но и за его пределами. Сёстры, чьи главные обязанности — находить на полях брани достойнейших из достойных и спроваживать их в Вальгаллу, Зал Славы, где будущие эйнхерии оттачивали боевое мастерство в вечных сражениях, радовались в посмертии бесконечным потокам вкуснейших медов и вечно еб… ели б нескончаемые яства в обнимку с прекрасными девами войны… во славу, конечно же, великого Одина!

Теперь же осквернённые валькирии стали причиной многих смертей и не могли забирать падших, а потому души всех достойных и недостойных попадали в Хельхейм, царство мёртвых. Сигрун, надеясь защитить осквернённых валькирий и избежать невинных жертв, ощущая приближение собственного безумия, заперла жён войны в разных уголках Девяти Миров, многих сестёр — в скрытых чертогах Одина, где ни одна более не сможет пролить чужую кровь.

Её зовут Сигрун, Королева Валькирий
Её зовут Сигрун, Королева Валькирий

Прибытие смерти

113 лет назад

Говорят, в это время в Мидгарде объявился странный человек, и тогда о нём никто ничего не знал; известно было только, что пришёл он откуда-то издалека, что он угрюм, немногословен, кожа его серебристей пеплов Муспельхейма, а по всему телу змеится странная татуировка красного цвета. Он осел глубоко в лесу, где боролся с чудищами, но сумел обустроиться. Лишь иногда его видели за непролазной чащей, однако сам он всячески избегал людского присутствия.

Примерно тогда же началась долгая зима, заставившая Одина содрогнуться. Неужели Фимбулвинтер, — зима в три года, предзаменующая Рагнарок, — явилась? Неужели грядут Сумерки Богов?..

Спустя два года на смену морозам и снегам наконец пришли первые весенние побеги — а это означало, что долгая зима ко всеобщему облегчению минула. Но одержимость короля воронов только усугубилась. Не то из страха, не то из жажды контроля, — а может, из дикого смешения обоих чувств, — король Богов повёл очередные войска асов в чужие земли для завоевания оставшихся Восьми Миров. Тор снова направил Мьоллнир против великанов, и те решили окончательно покинуть Мидгард.

Чужак для этого мира
Чужак для этого мира

Разорванная связь

112 лет назад

Нет любви, нет уважения между братьями-хульдрами: ошибки прошлого терзали их сердца, а это вылилось в постоянные ссоры и обоюдные обвинения. Понимая, что больше им не ужиться в одной кузне, Брок и Синдри решили навсегда разойтись по разным сторонам, пообещав никогда не работать друг с другом.

Советник в заточении

110 лет назад

Божеский советник Мимир всячески стремился образумить безумства Одина, но слова разума и воззвания к справедливости лишь раздражали короля Богов. Предполагая, что Мимир как-то связан с йотунами, а посему знает о местонахождении Чёрной Руны, позволяющей открыть мост в Йотунхейм, Один потребовал ответов у главного советника.

Однако умнейший человек Мимир в действительности ничего не знал о тайных йотунских проходах, и потому разъярённый Один объявил предателем главного советника. Он заковал Мимира в волшебное дерево, корни которого не способен прорубить ни острый клинок, ни магический топор. На протяжении ста девяти лет Один измывался над тем, кто долгие года служил ему верой и правдой. Так Мимир оказался далеко не первой и явно не последней жертвой одинского помешательства.

Религия Путников

89 лет назад

Устав от безуспешных поисков путей к Йотунхейму, Один организовал религию Путников и призвал к себе на услужение лучших воинов. Многие отозвались на зов верховного Бога, не ведая, что их основной задачей были поиски скрытых путей в страну великанов.

Первая встреча

40 лет назад

В ту зиму пересеклись пути двух воинов — незнакомца со змеящейся красной татуировкой и йотунши Лаувейи Справедливой. Завидев друг друга, оба приготовились к сражению, потому что такова была природа воинственных героев, коим не посчастливилось испытать множество трудностей в мире насилия и бесчеловечности. Но вопреки всему их знакомство, к счастью, не переросло в кровопролитное столкновение — уставшие от бесконечного цикла насилия, воины по духу и мастерству умудрились найти общий язык.

Никак произошло чудо, ведь когда женщина в золотом одеянии представилась, угрюмый и молчаливый незнакомец вдруг ответил и тоже назвал своё имя — Кратос. Лаувейя и Кратос прониклись боевыми умениями друг друга и вскоре сменили злобные оскалы на приветливые улыбки.

Отпечаток ладони на берёзе – то немногое, что осталось после неё, но с чем должно проститься
Отпечаток ладони на берёзе – то немногое, что осталось после неё, но с чем должно проститься

Узы дружбы, узы любви

35 лет назад

Испокон веков мужчинам и женщинам суждено тянуться друг к другу по влечению гораздо более сильному, чем простая дружба. Потому что и любовь зарождается из дружеской привязанности. Так случилось с Лаувейей и Кратосом.

Поначалу их интересы соприкасались по части оружия, тактик ведения боя и других военных особенностей, затем они нашли друг в друге утешение от трагедий, терзавших разбитые души. Кратос рассказал многое о жизни тех далёких лет, когда кровь Богов из другого мира лилась океанами — и что предшествовало падению греческого пантеона. Фэй, как называл её Призрак Спарты, внимательно слушала, а вскоре стала ему целительницей, лечившей раны прошлого. Но сама Фэй не упоминала в разговорах о былом, потому что хранила многие тайны этого мира. Угрюмый и молчаливый Кратос по обычаю своему не досаждал её расспросами.

Минули года, чувства дружбы переросли в чувства любви, а потому Кратос и Фэй решили зажить совместной жизнью, как настоящая семья, и тогда они построили хижину в лесной глуши. Фэй, будучи умелой мастерицей магии, заколдовала окружавшие деревья, сокрыв новое жилище от всевидящих глаз всех чудищ: и божественных, и простых. Они жили спокойной мирной жизнью, охотились на добычу, выращивали овощи и цветы в саду, Кратос часто уходил надолго в самую глубь леса, чтобы учиться укрощать пожирающего изнутри зверя — животный и слепой гнев. Гнев, который когда-то давно погубил его душу…

Мертвецы шагают по землям

20 лет назад

Столь много жертв принесла война Одина во все миры, что, не выдержав потока мертвецов, Хельхейм закрыл ворота и боле не пускал неупокоенные души. С тех пор мёртвые обречены возвращаться в миры живых в обличьи драугров. Иные же, неизвестно как, восставали из могил с помощью магии сейдр, что дарила не-жизнь всякому пособнику бесчестности. Атрей прозвал тех неживых Разбойниками.

Рождение полубога

13 лет назад

Тогда Фэй породила жизнь. На свет явился красивый мальчик с голубыми глазами; несколько дней спустя у него проступили волосы цвета красного вереска. Мама хотела назвать малыша важным для неё именем, но отец дал то, которое значило гораздо больше для него — Атрей.

Когда-то Атрей был воином из отряда спартанцев, среди суровых и угрюмых мужчин, не знавших мирной жизни, он искал всякую причину для улыбок, смеха и веселья. Атрей напоминал воинам Спарты, что они — не бездушные орудия войны, которым суждено умирать на полях брани, что они тоже люди. Когда наступила решающая битва, Атрей пожертвовал своей жизнью ради спасения соратников. Сотни миль Кратос нёс тело Атрея на его же щите, чтобы предать доблестного воина родной земле — Спарте.

Заснеженная пустошь

6 лет назад

Мидгард обезлюдел. Почти всё живое исчезло с некогда населённых земель срединного мира, и нынче лишь мелкие разбойничьи группки снют по умершим землям в надежде выжить в умирающем мире. Но шансы на выживание с каждой зимой уменьшались, потому что умершие от голода, холода или клинка восставали в виде неупокоённых ходячих мертвецов. Мидгард вскоре заполонили драугры и Разбойники.

Поиски продолжаются

3 года назад

Король Богов разузнал, что единственный не сбежавший великан остался в Мидгарде и скрывается на виду. Он не ведал, кто это, а его вороны не смогли найти и следа. Потому на поиски последнего йотуна Один послал лучшего своего следопыта — Бальдура, пообещав тому освобождение от проклятия Фрейи.

Дорога к дому

1 год назад

Неведомые и странные события произошли в семье Кратоса. Последний йотун Мидгарда, страж и защитник великанов, прекрасная жена и любящая мать Фэй скоропостижно умерла. Что послужило её смертью? Почему она столь быстро канула в небытие Хельхейма?

Некая болезнь забрала жизнь доброй и любящей женщины, но ни о симптомах её, ни о причинах не могли сказать даже Кратос с Атреем. Однако они замечали, что перед кончиной Фэй вела себя необычно: вместо отца она уходила неизвестно куда и подолгу не появлялась дома. А перед смертью наказала Кратосу и Атрею развеять её прах на самой высокой горе всех Девяти Миров. Она даже попросила мужа срубить одно из волшебных деревьев для её погребального костра. Зачем Фэй подвергла опасности родных людей? Для чего раскрыла их перед всевидящими глазами короля воронов?

На эти вопросы Кратос и Атрей не смогли найти ответов, однако они разузнали другие тайны о происхождении великанши Фэй и её сына — полубога-полувеликана, которого йотуны почему-то называли Локи.

Ни к чему нам заключительные слова и финальные выводы, ведь работа не просто не окончена, но громадный её пласт ожидает вас в следующей части наших повествовательных и спгс-ных изысканий. Отдохните в антракте да скорее возвращайтесь в коморку видеваигровых этих ваших Интурнетов — а именно в старые-добрые Блоги старого-доброго StopGame.ru.


Лучшие комментарии

Читай также