20 сентября 20 сент. 3 1039

Большой Лебовски — идеальный детектив

Не могу про это не сказать. Перед написанием эссе, я пытался найти специальные материалы, с комментариями создателей, к бонусным изданиям фильма. Но как-то они не попались на глаза и бросил это дело. Тем более это же Коэны… меньше них, о своих работах, говорят только серийные маньяки.

К моменту, когда текст и озвучка были готовы, Youtube внезапно предложил посмотреть аж целую компиляцию специальных материалов, где Коэны в общих черта обрисовали практически всё, что по кусочкам я собирал для эссе. Безумно обидно.

С другой стороны, я пришёл самостоятельно к тому, что говорили авторы о кино и о писателе Раймонде Чандлере. Так что пусть уж будет.

Удобный ролик

 

Удобный текст

Быть может, об этом фильме говорят только старики наподобие меня, но черт возьми для нас, стариков, это икона.

Братья-режиссеры Джоэл и Итан Коэны проделали большую работу, чтобы маленькая комедийная история Большой Лебовски стала заметным событием в кино. Речь не только о выверенных шутках и хлёстких диалогах. Чтобы интерес к произведению сохранялся на долгой дистанции, недостаточно быть просто комедией. Нужен прочный фундамент, способный простоять годы — подход Коэнов к написанию истории, позволивший фильму сохраниться по сей день. Я попробую объяснить, почему фильм до сих пор способен привлечь к себе внимание. Почему по мимо сюжетной нагрузки, с интересными персонажами и идеей, важно проработать структуру произведения.

Сюжет Большого Лебовски мало что бы значил и ощущался таким оригинальным, если бы не проработанный главный герой — Чувак. Объёмный персонаж с уникальной философией.

Чувак один из немногих персонажей, кто страдает от того, что способен испытывать сострадания
Чувак один из немногих персонажей, кто страдает от того, что способен испытывать сострадания

Чуваку достаточно только одного: сохранить статус-кво. Его полностью устраивает боулинг с друзьями, безделье, накуривание и «Белый русский». Его философия — быть довольным своей жизнью.

Но на раздолбайстве образ Чувака не заканчивается. Как у любого хорошо прописанного героя, у него есть недостаток — Чувак обладает состраданием и добродушием. Ему есть дело до других людей. Особенно хорошо это видно в его отношениях с арендодателем. Тот приглашает Чувака на своё артхаусное выступление, и Чувак без проблем приходит. Будь дело только в задолженности по квартире, снимать как Чувак смотрит представления не было бы смысла, поскольку это не работало бы на повествование.

Но для полного раскрытия потенциала персонажа с изъяном в виде эмпатии, что такой персонаж полюбится миллионам, в его честь будут устраивать ежегодные встречи и на его основе составят новую религию, нужны подходящие условия.

У истории должна быть структура, походящая персонажу.

Только при работе над эссе осознал, что у фильма больше общего с детективными фильмами, чем с комедиями абсурда
Только при работе над эссе осознал, что у фильма больше общего с детективными фильмами, чем с комедиями абсурда

Для лучшего понимания, сперва, переместимся немного назад — к истокам. Во второй половине двадцатого века писатель Реймонд Чандлер любил заниматься своеобразным каннибализмом: брать свои старые детективные рассказы и склеивать их в один новенький роман. Но запомнился он не хитростью, а любопытным подходом к написанию детективов. Вместо последовательной, детективной истории, которую герой распутывает на протяжении книги, Чандлер старался передать дух детектива — упор на приключении и цинизме, минимум глобального сюжета.

Если мы возьмём любой детектив, например, вышедший недавно «Достать ножи», мы увидим классическую детективную схему:

  • Первое — герой получает задание расследовать преступление;
  • Второе — герой получает улику;
  • Третье — герой идёт по следу улики; в этот момент мы узнаём косвенные подробности, обрисовывающие детали мира, раскрывающие второстепенных персонажей, и подсказки, усложняющие для героя мыслительный процесс расследования;
  • Четвёртое — герой доходит до кульминации следа, где его ждут новые подробности, связанные напрямую с преступлением. Частенько, в этот пункт вставляют экшен- событие, для подчёркивания кульминации следа.

Со второго и по четвёртый пункт: повторить, повторить, ПОВТОРИТЬ столько раз, сколько нужно.

Как детективы до, так и детективы после, «Достать ножи» соблюдает схему неукоснительно. Персонаж Дэниела Крейга будет методично идти от одной улики к другой. Всегда будет ясно, какая улика привела к следующей; в конце каждого следа обязательно будет подробность о мире преступления. Само собой, исключая моменты, когда сценаристы лажают с повествованием — я до сих пор гадаю, зачем в финальной сцене во время объяснения плана преступников, Крейг снял пиджак, закатал рукава, а после завершения монолога тут же надел его обратно.

Чандлер же упрощает схему. Он намеренно сокращает или вовсе выкидывает второй и третий пункты, убирая из истории подробности мира и персонажей, оставляя больше места, для возможности повторить четвёртый пункт, набитый экшеном, и расписать цинично-нуарные комментарии окружения.

Немного демонстративных цитат:

…а в целом от всего этого веяло ностальгической атмосферой разложения.

The Big Sleep, 1939

Голова у человека может трещать не только с похмелья. У меня она трещала от женщин. Меня тошнило от них.

The Big Sleep, 1939

Вы один из тех ужасных хладнокровных типов, которые испытывают столько же жалости к другим, сколько мясник к свинье, которую режет. Я поняла это сразу, как только увидела вас.

The Big Sleep, 1939

Такой подход убирает плавность перехода между сценами, чётко обрамляя их и помогает концентрировать историю на самых интересных событиях, наполненных действием, при этом опуская всё, что способно замедлить историю в куче необязательных взаимоотношений и подробностей.

В романах Чандлера, не так важна причина почему преследователь, желающий встречи с героем, лишь ходит по пятам, если это приведёт к жестокой сцене убийства. Не так важно описать, кто убийца, если очередной труп ставит героя в затруднительное положение. Не так важно, что находят девушки в главном герое, если благодаря их похотливой одержимости он может в десятке сцен блеснуть эталонным цинизмом, обесценивания их сексуальность.

Это слишком трудно для женщины, особенно для очень хорошенькой, осознать, что её тело не всегда прельщает.

The Big Sleep, 1939

Братья Коэн взяли подход Реймонда на вооружение при создании Большого Лебовски. Они выстроили запутанный детективный сюжет, в котором большой акцент делается на маленьких ярких приключениях в рамках одной сцены, и поместили в него своих одиозных персонажей. В частности, бездельника Чувака и его чокнутого напарника Уолтера.

По замыслу Коэнов, Чувак и Уолтер ведут себя как старая супружеская пара. По тому как они общаются, сразу ясно, что знаю они друг друга годами
По замыслу Коэнов, Чувак и Уолтер ведут себя как старая супружеская пара. По тому как они общаются, сразу ясно, что знаю они друг друга годами

Не только мне. В интервью Indiewire, Джоэл Коэн поведал:

Мы хотели сделать историю в стиле Чандлера — как она движется эпизодически и рассказывает о персонажах, пытающихся разгадать тайну. А также наличие безнадёжно сложного сюжета, который в конечном счёте не важен.

Джоэл Коэн, интервью Indiewire, 1998

Только на самом деле это не совсем так. Стиль Чандлера яркий, но уступает классическим детективам в проработке деталей. Поэтому Коэны модифицируют подход Чандлера, добавив ответы на все вопросы и объяснив мотивации каждого персонажа. Тем самым, повышая качество детективной составляющей.

Например, Банни и Мод Лебовски заигрывают с Чуваком, практически так же, как в книге Big Sleep заигрывали Вивиан и Кармен Стернвуды с детективом Марлоу. С той лишь разницей, что в фильме мы понимаем причину почему девушки вешались на шею герою: Банни привыкла продавать своё тело, Мод хотела ребёнка от левого человека. В книге же, хоть и есть пояснение, что обе девушки падшие, но нет объяснения, чем именно зацепил их детектив. Складывается ощущение, что, либо женский пол падок до парней в плащах, либо все девушки во вселенной книги нимфоманки. Особенно в экранизации Big Sleep, где с детективом заигрывает даже случайная продавщица книг.

Одним из самых заметны х недоделанных эпизодов книги является загадочная смерть шофёра. Во время чтения сцена работает, но стоит ей закончиться, как магия пропадает. Смысл этого убийства и ответ кто убийца, останутся нераскрытыми. Тут дело не в подражании реальной жизни с её бесконечными загадками, Чандлер осознанно не стал править подобные пробелы. Занимаясь каннибализмом собственных произведений, писатель, беря старые рассказы и переваривая их в новенький роман, не обременял себя попытками связать всё воедино. Говорят, что, когда сценаристы экранизации спросили Чандлера, кто же убийца, он не смог дать ответ.

Для понимания, когда Чандлер склеил два своих рассказа в роман The Big Sleep, единственные существенные правки были связаны только более детальным описанием мест. Но книга лучше чем фильм и в этом случае - фильм слишком формальный.
Для понимания, когда Чандлер склеил два своих рассказа в роман The Big Sleep, единственные существенные правки были связаны только более детальным описанием мест. Но книга лучше чем фильм и в этом случае - фильм слишком формальный.

С другой стороны, Коэны дотошно закрывали каждый вопрос. Фильм даст ответ на причины, почему безобидная Мод забрала ковёр и её бандос ударил Чувака. Преступная схема Лебовски будет полностью раскрыта. Даже странное поведение Джеки Трихорна станет понятным, когда узнаёшь, что он лишь задерживал Чувака.

Коэны подготовили структуру сюжета, рассчитанную только на передачу духа эстетики детектива и раздолбая Чувака, желающего вести праздный образ жизни. Остаётся последнее — на этой основе создать конфликт для главного героя. В этой задаче, наконец, объединяются все идеи братьев.

Поскольку Чувак желает сохранить в своей жизни статус-кво, Коэны делают антагонистом саму детективную историю, желающую разрушить идиллию. Прикол в том, что главным врагом Чувака становятся не люди со своими проблемами; его главный враг — это обстоятельства, нарушающие баланс жизни. Когда любой герой средней детективной истории убьёт за возможность быть втянутым в конфликт с множеством подковёрных интриг… чувак спокойно идёт играть в боулинг. На мысль вернуть ковёр его наталкивает друг, безумный ветеран Уолтер. Ещё раз, Чувак изначально не собирался возвращать ковёр. Чувак пошёл за ковром только ради восстановления своё уютного мирка. Единственная причина, почему Чувак продолжает участвовать в дальнейших событиях фильма это его слабость — сострадание. Он решает принять участие в детективной истории, только когда узнаёт о похищении и о том, что он может помочь, если узнает похитителей.

Впрочем, изначально он подходит к похищению как настоящий циничный детектив: не верит в похищение и предпочитает заниматься своими делами. Но, как и в случае с арендодателем, Чувак проявляет человеческие качества, отказывается от цинизма и меняет своё мнение, когда обстоятельства говорят об опасности для других.

По этим же причинам Чувак продолжает участие во всех последующих событиях. Чувак просто не хотел бросать тех, кому нужна его помощь. Он не пойдёт выяснять, кто изначально послал бандосов к нему, о каких деньгах шла речь; узнав о сельских корнях Банни он не пойдёт вытягивать её из порочного болота Лос-Анджелеса, поскольку напрямую эти ситуации его не касаются, и никто не просит помощи. Однако, если к нему обращаются за помощью, Чувак откликнется. Что только усложняет задачу Чувака — вернуться к своей размеренной жизни.

В отрыве от событий фильма, отказ Чувака помогать детективу с поиском Банни противоречит моим словам о сострадании и помощи ближнему. Однако по сюжету Чувак уже понял, куда делась Банни
В отрыве от событий фильма, отказ Чувака помогать детективу с поиском Банни противоречит моим словам о сострадании и помощи ближнему. Однако по сюжету Чувак уже понял, куда делась Банни

По сути, история фильма Большой Лебовски — это анти-детективная история. В отличии от классических персонажей детектива, Чуваку нет дела до детективных дел. Поэтому стиль Чандлера, с его игнорированием глобального сюжета и детективными историями ради духа эстетике детектива, отлично подходит фильму. Всё-таки немного странно звучит. Не уверен, что люди это поймут.

Чандлер сосредотачивается на персонаже, который переживает приключения в антураже детектива; Коэны аналогично во главу угла ставят главного героя и его личное приключение. Чандлер пренебрегает последовательностью глобального сюжета, ради ярких сцен; Коэны так же делают неважной детективную историю с похищением, отводя её на второй план и сосредотачиваясь на ярких сценах с главным героем. Используй Коэны стандартный подход к детективным историям, структурно история Чувака была бы обычным детективом, где важнее было бы выяснить подробности дела, чем узнать, как же обстоятельства влияют на главного героя.

В этом разрезе, ироничным становится то, что при всей безалаберности, Чувак -– идеальный детектив. В том же интервью Итан Коэн это подчеркнул:

И было что-то привлекательное в том, что главный герой был не частным сыщиком, а простым торчком, интуитивно выясняющим все тонкости тщательно продуманной интриги. А ещё есть Уолтер, чьи инстинкты всегда ошибаются.

Итан Коэн, интервью Indiewire, 1998

Коэны создали настоящую детективную историю, вдохновлённую писателем с уникальным стилем. Они поместили в неё современного на тот момент героя, у которого нет желания по своей воле быть частью рисковой аферы, способной перевернуть его жизнь. От того герой выглядит таким живым и реальным, несмотря на абсурд, творящийся в кадре.

Хорошее кино хорошо тем, что в нём намешано так много деталей, что с какой стороны не глянешь, всегда есть на что обратить внимание. Большой Лебовски можно трактовать как буддийское учение, аллюзию на общество девяностых, или вообще, как кино, которое знает, что оно кино, и персонажи внутри — это герои разных жанров, знающие, что они в кино. Или можно обратить внимание, что, если, например, в Бойцовском клубе или Красоте по-Американски, фильмы примерно того же периода с яркими культовыми персонажами, показывали нам героев, погрязших в депрессии, которым только предстояло за хронометраж переосмыслить своё бытие и научиться любить жизнь, то Чувак — изначально цельный персонаж. Он полностью удовлетворён своей жизнью и на протяжении фильма старается сохранить это.

Чем больше деталей, тем больше шансов, что конкретная деталь сможет достучаться до зрителя, и, тем самым, в глазах зрителя кино станет осмысленней. Но самое прекрасное в хорошем кино, это то, что не нужно замечать детали, чтобы они работали.

Детективная история отходит на второй план, уступая место приключениям главного героя, как это и было в романах Чандлера. И это совершенно не мешает фильму, поскольку Коэны осознано придерживались такого стиля.

Пусть не заметно, что антагонистом Чувака является сама детективная история. Что дружелюбность Чувака проявляется практически в каждой сцене. Конфликт Чувака с детективной историей и его дружелюбность, всегда последовательны и поэтому работают.

Вот чем фильм способен привлечь внимание спустя годы, после выхода. Уникальное повествование и нетипичный конфликт продолжает работать, даже когда шутки приедаются и уже не смешат, как прежде.

Бонусом к фильму идёт простая философия Чувака, способная достучаться, даже до такого не пробивного, как Уолтер. Идеальное знание собственных желаний и того, что делает тебя счастливым, помогает Чуваку найти равновесие даже после смерти друга. Кто знает, может его философия способна достучаться и до нас всех. После чего, мы сможем сказать без иронии, после самых выматывающих событий в жизни, спокойно сходить в боулинг.


Лучшие комментарии

Валентин Малышев 21 сентября, 18:45

Чёт порвало. 🤣. Спасибо.

Ну там посетовать на долгое вступление в ролики. Очевидные мысли. Текст написанный пришельцами. Сомнительная трактовка характера Чувака. Некачественный звук. Плохой монтаж. Мало позитиватора. Желание срубить просмотров на аудитории SG.

Читайте также